Оказалось, что он ошибался. Лергос внезапно припал на одно калено, а после, стремительным прыжком настиг Пикселя. Он обманным движением ушел в сторону и, уклонившись от взмаха Сереги, увел топор так, что удар приходился Пикселю по спине. Я невольно зажмурился, уже вообразив себе хруст позвоночника, разрубаемого сталью, но его не последовало. Пиксель каким-то чудом пригнулся и к удивлению Лергоса, подцепил его под колено своим топором. Альдерг потерял равновесие и неловко заплясал на одной ноге. Это была отличная возможность, чтобы ударить его в незащищенную грудь, но Пиксель к нашему общему удивлению отступил. Я уже видел, как злорадно оскалился Лергос, радуясь тому, что Пиксель упустил свою победу, но Серега не планировал ее упускать. Оказавшись на расстоянии пары шагов, он уже не мог дотянуться до Лергоса топором, но пользуясь инерцией от собственного пируэта, он внезапно швырнул оружие. Вот теперь я услышал хруст костей! Не знаю, как, но Лергос устоял на ногах. Растерянно нахмурившись, он смотрел на топор Пикселя, торчащий у него из груди. Ему хватило сил поднять глаза на своего убийцу и покачать головой. Что он этим хотел сказать, осталось загадкой. Мгновение смертельной тишины прошло, едва Лергос рухнул на землю. Зрители завопили с новой силой. Кто-то славил Пикселя, кто-то орал, что так не честно, а мы, как и сам Пиксель, молча приходили в себя от увиденного.
– Еб…ть ты Рэмбо! – Первым очнулся Дарлис, широко улыбнувшись.
Рэмбо повернулся к нам, и я заметил, что Рэмбо сейчас плохо. Подойти к нему мы не успели, поскольку нас опередили скабениты. Кто-то поднес Сереге сразу пару кружек пива, кто-то глумился над скабенитами проигравшей стороны. Серега пытался найти нас глазами, хотя, похоже, больше искал самого себя. Он крутился на месте, почти не реагируя на бодрые крики северян. Он на автомате выпил кружку пива, но, стоило великану Саргосу ловким и быстрым движением обезглавить своего друга Лергоса, как пиво полезло из Пикселя обратно. Скабенитов это развеселило еще больше. Возможно, они решили, что Серега специально сблеванул на труп врага… К сожалению сторонников альдерга, Гилфорт не увидел нарушений в поединке и присудил победу Сереге. Его скабениты тут же окрестили Пикселя альдергом и осыпали дружескими ударами вместе с предложением отпраздновать такую эффектную победу.
– Надо его вытаскивать, – Решил Андрей.
Пока герцог пытался унять своих гвардейцев, ругающихся из-за сделанных ранее ставок, мы добрались до Пикселя и настойчиво потащили его к таверне. Предвкушая веселую попойку, вся толпа скабенитов последовала за нами.
– Бл…ть, я должен выпить, – Выдохнул Серега, – И умыться.
Ободряющие хлопки по плечам привели его в чувства, и он даже улыбнулся нам. Потом заметил Веронику и подмигнул ей:
– Кто-то должен мне минет. Я помню.
Вполне предсказуемо Вероника усмехнулась и показала Пикселю средний палец. Серега вздохнул, бросив Андрею:
– Это сучка явно надеялась на победу Лергоса.
Шумной толпой мы вернулись в таверну. Теперь в общем зале все смешались: скабениты Лергоса и скабениты Пикселя больше не делились на враждующие лагеря, хотя некоторые явно устроились особняком, в очередной раз, подняв тему, что Пиксель победил не достойно, ибо настоящий воин не выпустит оружие из рук. Пикселя и нас это мало волновало, как и большую часть северян. Некоторые подходили к Сереге и открыто признавали его новым альдергом до тех пор, пока Кранадж не назначит другого. Добравшись до запасов Гилфорта, которые уже изрядно истощились, воины принялись за тосты, а уже известный мне кружок культурной самодеятельности, взялся сочинять новый куплет в балладу о северянах в Орлинге. Пикселю удалось отогнать от себя скабенитов только на время, которое потребовалось ему, чтобы нырнуть головой в бочку с водой, любезно предоставленную Гилфортом.
– Полагаю, не скоро мы вернемся к нашим проблемам, – Покачал головой барон, с тоской наблюдая, как вернувший звание альдерга Пиксель, закончив омовение, прикладывается к новой кружке пива.
– Пускай воины отдохнут. Поводов у них давно не было, – Пожал плечами Слидгарт.
Смерть товарища от рук другого товарища я считал сомнительным поводом, но видимо у северян как у нас в России, любое значимое событие необходимо было обмыть, даже весьма тупое и скверное.
– Во дворец эльфов выдвинемся к полудню.
Никто не возражал.
– Мы пока можем переговорить наверху, – Предложил Дарлис.
Победа Пикселя, бодрое веселье вокруг и самое главное осознание того, что я еще жив, несколько приподняли мое настроение. Едва ли тот жирный мент до сих пор гнался за Санрайз, а значит либо она смогла убежать, либо ее арестовали и доставили в участок. О том, что в моем мире время шло иначе и, что Санрайз все же убили, а я обречен навсегда остаться в ее теле, я старался не думать. Теперь, после того, что произошло в моем мире, мне было страшно оставаться одному в комнате. Я боялся собственных мыслей и потому решил согласиться с Андреем. Но с одним условием:
– Если Вероника снова начнет нести хрень, я говорить не буду.