Пока позволяла дорога, мы с Дарлисом и Санрайз держались рядом. Следом за нами ехала Элидрис с Андреем и капитаном Терсиольдом, а дальше Пиксель в неожиданной компании Вероники. Не было похоже, чтобы они сошлись намеренно, разговаривали или хотя бы обменивались взглядами, но не ругались и слава богу.
Я снова посмотрел на Санрайз, внезапно осознав, что нам предстоит долгий путь вместе, а значит у меня будет шанс завоевать ее сердце. Впрочем, такая же возможность будет и у Дарлиса. Если он этого уже не сделал. Мои мысли снова вернулись к его предложению. Отсутствие кольца на пальце Санрайз еще ничего не значило. Возможно, Санрайз его просто не надела, чтобы избежать лишнего внимания, но я старался не думать о таком варианте. Конечно я мог бы спросить Дарлиса прямо, но не был уверен, что он ответит честно: хвастаться ее согласием он бы не стал, равно как и говорить об отказе. По крайней мере при всех…
Внезапно почувствовав мой взгляд, Игорь посмотрел на меня и чуть заметно улыбнулся, то ли догадываясь о моих мыслях, то ли просто дразня меня, а может и вовсе без злого умысла. С трудом подавив в себе скверные мысли, я отвернулся, устремив взгляд вперед. Так или иначе, чтобы не случилось между Дарлисом и Санрайз, нас ждал долгий путь и многое могло поменяться, как для него, так и для меня. Теперь мы были с ним в равных условиях и нас обоих могла поджидать окончательная смерть, а значит самое правильное, что мы могли сделать пока были живы, это сосредоточится на спасении Элана и защите Санрайз. Я не знал, приняла ли она подарок Игоря, но решил, что это и не важно. Главное, что она не отвергла мой и теперь медальон Эольдера висел на ее груди, оберегая ее от смерти. Чем бы не закончился наш путь, если она останется жива и будет счастлива, значит буду счастлив и я.
Преодолев извилистые улицы города, мы проехали ворота и выехали за стены. Так начался наш новый поход на Север, который должен был стать для нас последним. Так или иначе.
Мы гнали лошадей без остановки до глубокой ночи и только достигнув кромки Бирденского леса, который нам предстояло пересечь в самой широкой его части, Санрайз согласилась сделать привал, свернув к небольшому ручью, вытекавшему из чащи. Учитывая, что ни элидримы Элидрис, ни гвардейцы Терсиольда не успели толком отдохнуть между двумя походами, сил на долгие разговоры у них не было и все, кто не стоял в дозоре тут же улеглись спать. Мне бы тоже стоило, но минувший день не давал отключиться. Мысли неслись в голове, будто продолжая безумную скачку и похоже не у меня одного.
Дарлис, хоть и спал не больше моего, укладываться не спешил и вместе со мной наблюдал за Санрайз, которая беседовала с Элидрис в стороне от нас. О чем они говорили догадаться было не сложно. Как бы мы с Дарлисом не старались утешить и поддержать Санрайз, ей требовалась поддержка подруги, которой за три минувших года сумела стать для нее Владычица эльфов. Девушки устроились под сенью деревьев, Элидрис держала Санрайз за руку и что-то тихо ей рассказывала. Теперь, когда мы наконец выехали в погоню за похитителями Элана, Санрайз явно стало легче, просто от того, что она больше не ждет, а действует, но тревога не оставляла ее ни на минуту, лишая покоя, который теперь, пусть ненадолго, ей пыталась вернуть эльфийка.
В отличие от нас с Игорем, Вероника с Пикселем и Андреем успели выспаться в Эглидее и хоть дорога измотала их не меньше нашего, они тоже не торопились ко сну, сосредоточившись на молчаливом поглощении солонины. Причем если Андрей дожидался Элидрис, чтобы вместе лечь спать, то Вероника с Пикселем будто снова боялись уснуть в компании друг друга и то и дело обменивались взглядами, наивно полагая, что их никто не замечает. Казалось, они оба терзались какой-то недосказанностью между собой, но из упрямства не решались завести разговор, ожидая, что инициативу проявит другой. Смирившись с тем, что сейчас не могу быть полезен Санрайз, я решил переключить свое внимание и взглянув на Веронику с Пикселем поверх всполохов костра заметил:
– Вам наверно есть, что сказать друг другу.
Они тут же ожили и обменялись взглядами с почти одинаковым выражением на лицах: чудной смеси удивления и смущения, затем оба покачали головами.
– С х…я ли? – дернула бровью Вероника.
– Пиксель тебе жизнь спас вроде как, – напомнил Андрей, подключившись к разговору.
Вероника, поджав губы, снова бросила взгляд на Серегу, который демонстративно пялился в огонь.
– Спас и спас, – буркнул он нарочито небрежно, – Я не ради благодарности это сделал.
Вероника заметно растерялась и словно забыв о нас, немых свидетелях разговора, раздраженно спросила:
– И с чего тогда вдруг?
Пиксель бросил взгляд на нее, пожав плечами:
– У меня был медальон, а у тебя нет.
– Но ты не знал, что он сработает.
– Зато догадывался, что у тебя без него шансов выжить еще меньше.
На это Веронике ответить было нечего и она как будто смутившись уставилась в огонь. Между нами снова повисла тишина, нарушаемая только треском веток в костре.