Избавиться от сомнений касательно искренности Вероники никто из нас окончательно не мог, но учитывая, что история, которую она рассказала Пикселю во всех подробностях сходилась с тем, что она рассказала мне, мы все же единогласно решили, что она не лжет.
– Да уж, раз так, не сладко ей пришлось, – вздохнул Андрей, глядя на Веронику.
– По крайней мере, это многое объясняет, – решил Пиксель, – Если бы моя жизнь была такой же скверной, я бы так же плевался ядом и держал бы нож под подушкой.
– Значит Разлом наконец забыт? – решил я подвести итог неожиданному разговору.
Пиксель смотрел на Веронику и на этот раз в его глазах не было ненависти или презрения. Он неосознанно потер шею, вероятно вспомнив, как Вероника вскрыла ее кинжалом и кивнул:
– К черту! Нам всем пришлось здесь многое пережить от чего волосы на голове встают дыбом. Бл…ть, мы все научились убивать и я никогда теперь не скажу, что моя совесть чиста! А она…, она жила в заднице еще до того, как оказалась в игре. Не удивительно, что она обозлилась на весь мир. Не скажу, что мне от этого легче, но теперь я, по крайней мере, понимаю ее и…, пожалуй, готов простить.
Пиксель окинул нас взглядом, добавив:
– Тем более, что она наконец извинилась.
Внезапно установившийся мир между Серегой и Вероникой поднял нам настроение и даже удивительным образом внушил надежду на то, что дальше все будет хорошо.
Когда мы решили отметить это дело распитием вина, к нам вернулась Элидрис и я впервые заметил на лице эльфийки признаки усталости. Я оглянулся в поисках Санрайз и нашел ее на прежнем месте, но теперь вроде бы мирно спящую, словно убаюканную Владычицей эльфов.
– Как она? – спросил Дарлис эльфийку.
– Рвется каждую минуту продолжить путь, но мне все же удалось убедить ее дать отдых телу и душе, так что и вам стоит воспользоваться этой возможностью, пока мы снова не отправимся в дорогу.
Теперь, когда все вокруг стало удивительным образом налаживаться, мои метущиеся мысли тоже унялись и я ощутил всю тяжесть усталости, поэтому не стал спорить и пожелав остальным спокойной ночи, завернулся в одеяло и закрыл глаза.
На этот раз кошмары меня не мучили и я проснулся с ощущением будто вынырнул из пустоты, в которой не водилось снов, но зато более менее отдохнувший, хотя похоже проспал не больше четырех часов. Солнце еще только собиралось осветить землю, медленно подкрадываясь рыжим светом на горизонте, но элидримы и гвардейцы уже активно собирались в путь бренча доспехами и оружием.
Оглядевшись, я обнаружил, что проснулся в числе первых, по крайней мере Дарлис с Пикселем еще спали. Зато Санрайз на прежнем месте не было. Привычная тревога за нее прогнала остатки сонного тумана из головы и я решительно поднялся. Тут же проснулся Игорь, вскинувшись, будто напуганный кот.
– Выезжаем? – спросил он, оглядевшись.
– Надо полагать, – кивнул я, пытаясь взглядом отыскать среди воинов Санрайз.
С облегчением я нашел ее у самого ручья в компании с Элидрис и гильмантером Тиалиндом, с которым Владычица познакомила нас вчера и которому предстояло разделить с нами путешествие к берегам Оскернелия. Мрачный эльф с макияжем как у гота в темно зеленой броне вероятно проводил какой-то инструктаж и кроме Санрайз с Элидрис к моему удивлению ему внимала Вероника, неведомым образом проснувшаяся раньше нас.
– Там что девичник? – криво улыбнулся Дарлис, пытаясь пятерней уложить волосы.
– Надеюсь, что нет, иначе Тиалинд сейчас начнет раздеваться.
Дарлис оценил мою шутку сонным смешком. В этот момент к нам подошел Андрей с запоздавшим намерением разбудить нас и, поздоровавшись внес ясность:
– Санрайз попросила Элидрис рассказать больше о портальных городах в Оскернелии, на случай, если Мерграндор окажется нам не по зубам.
– А Вероника похоже впервые проснулась к первому уроку, – хмыкнул Дарлис.
На этих словах проснулся Пиксель, ворча как медведь и с явным трудом открыв глаза.
– С добрым утром, – приветствовал его Андрей.
– Бл…ть, них…я не доброе! Я не выспался нифига! Такая хрень снилась…
– Небось с розовыми волосами? – дернув бровью подколол Игорь.
Пиксель тут же будто окончательно проснулся, удивительно безошибочно отыскав взглядом Веронику и раздраженно буркнув:
– Да нифига…
При этом уверенности в его голосе не было, словно он сравнил Веронику с тем, что ему привиделось во сне и неожиданно нашел общие черты. Он смотрел на нее так, будто не был уверен, что вчерашний разговор ему не приснился и словно чтобы убедиться в этом засунул руку под рубаху, где прежде висел медальон.
– Что заскучал по своему бессмертию? – улыбнулся Андрей.
– Ничего я не заскучал!
Пиксель, неловко сделал вид, будто чешется:
– Просто…, после этой истории…, хрень всякая снилась.
– Думаю Вероника будет тронута, если узнает, что у тебя кошмары из-за нее, – улыбнулся я.
– Иди на х…й! – тут же вспыхнул Серега, – Только попробуйте ей рассказать и я с вами вообще разговаривать не буду!