Звено Матвея шло в колонне сразу за ведущим звеном датского лейтенанта. Один И-5 задымил после взлета и, сбросив бомбу в лес, тут же пошел на вынужденную. Остальные, машины собравшись в строй, потянулись едва на сотне километров в час в сторону залива. С тяжелыми бомбами высоту было не набрать, поэтому шли едва на четырехстах метров. Летели минут двадцать, не дольше. Белый саван застывшего ледяного поля 'Маркизовой Лужи' сначала был чист. В направлении дымных облаков глаза искали вытянутые контуры крейсера или линкора. Но, вот, чуть левее по курсу, в предутренней дымке обозначились какие-то огни. Дымы были, огоньки тоже были, но ничего крупного, вроде корабля, Матвей там все еще не видел. Это было странно. Идущий во главе первого звена Расмуссен заложил круг над дымами, видимо тоже не мог ничего понять. Ни больших кораблей, ни прорубленного ими во льдах канала чистой воды не было. Ничего размером с корабль вообще не наблюдалось! Впрочем, кое-что Расмуссен углядел. Километрах в пяти восточнее обманных дымов с трудом угадывались какие-то странные грязно-серые прямоугольные пятна больше похожие своими размерами на вагоны-теплушки. То одна, то другая такая 'теплушка', неожиданно окутывалась дымом и выплевывала в сторону далекого берега длинный огненный столб. Рядом с ними замигали огоньки зенитного огня. Облачка зенитных разрывов стали наползать на подлетающую группу самолетов. Матвей пригляделся к маневрам ведущего, и внезапно понял, что просто бомбить мимо, и смотреть как бомбят другие, сейчас он не сможет...
'Вот оно! Теперь мне ясно. Наши притащили на лед дальнобойные пушки. И пушки те, наверняка, секретные. Расмуссен далеко не дурак, и видя то же что и я, сейчас зайдет вдоль линии этих орудий и начнет бомбежку. И что мне тогда делать?! А если он вернется и расскажет? Так, СТОП! Первое, что я могу и должен сделать, это сбросить гребанную бомбу прямо сейчас! А там, останутся у меня два старых британских 'Виккерса' с полным боекомплектом. Передатчиков ведь на самолетах нет, только приемники стоят. Терновский всегда отдавал нам команды через рацию своего 'Харрикейна'. Значит, моя задача сделать так, чтобы на берегу ничего не узнали. Ни про секретные орудия, ни про отсутствие в заливе советских кораблей. И чтобы ни один фашист до берега не дотянул. Хорошо, что на наших 'пятаках' нет кинопулеметов, можно смело дырявить гадов! Жаль только, что свое задание провалю, но бомбить наших, я этим уродам не позволю!'.
