Лай собак разбудил весь аул. Появление солдат почему-то особенно злило собак. Поняв, что лают они не спроста, Зелимхан вскочил. Одновременно с ним на ногах оказался и охранявший его, только-только заснувший Юнус. Укладываясь спать, у кого бы он ни останавливался. Зелимхан клал оружие рядом, чтобы его в случае надобности удобно было схватить. Одевшись, Зелимхан обвязал талию патронташем и ремнем с висящим на нем кинжалом, повесил на плечо маузер, пристегнул к ремню две бомбы, схватил винтовку и шагнул к двери. Хозяин последовал за ним.
- Ты оставайся здесь, - Зелимхан рукой загородил ему путь. - Если пойдешь со мной, тебя убьют! Если останешься дома, только арестуют и все.
Зелимхан выскочил, перебрался в сад и побежал. В эти дни шли непрекращающиеся дожди, и земля сильно намокла. Грязь прилипала к ногам. Не успел он пробежать и двадцати шагов, как наткнулся на солдат. Не желая ложиться на мокрую землю, они сидели на корточках, направив вперед винтовки.
О Зелимхане ходило много легенд не только в России, но и далеко за ее пределами. Никто никогда не сомневался в его мужестве и выносливости. Его не берут пули и клинки. Какими бы силами его не окружали, как джин он проскальзывает между солдат и уходит. Одним лишь взглядом лишает человека сознания, забирает зрение, останавливает кровь в его жилах, заставляет неметь тело. Он может летать, превратившись в птицу, принимает облик любого зверя и рыщет по лесам. Или же бродит по аулам, превратившись в какого-нибудь там быка. Темные солдаты глубоко верили в эти мифы. Неожиданное появление Зелимхана с винтовкой в руках настолько напугало солдат, что они пустились бежать, боясь даже оглянуться и стараясь не отставать друг от друга. Зелимхан знал, что если он повернет в другую сторону, там в засаде его будут ждать другие солдаты. Неизвестно, как себя поведут они. Решив, что выгоднее всего ему будет уйти как можно дальше вместе с этими испуганными солдатами, Зелимхан слился с ними и побежал. Поручик Епифанов выскочил на дорогу перед напуганными солдатами и, крича во все горло, попытался их остановить. По погонам на его плечах Зелимхан определил, что это офицер и командир этих солдат. Не останавливаясь и даже не замедляя бег, абрек направил винтовку на грудь офицера и выстрелил, уложив на месте его и еще одного солдата. После гибели офицера солдаты разбежались в разные стороны и освободили дорогу Зелимхану.
Только-только оторвавшийся от них Зелимхан напоролся на новую засаду. Услышав их крики, харачоец без труда узнал аварских конников. В солдат абрек стрелял только в крайнем случае, они охотились за ним по принуждению. Их привели сюда насильно, аварские же всадники пришли добровольно. Зелимхан не удержался от соблазна и несколько раз выстрелил в то место, откуда слышались крики аварцев.
Солдаты не сделали в Зелимхана ни одного выстрела, но пули аварцев буквально изрешетили полы его черкески и рукава. Ни одна из них не задела тело.
Сам-то Зелимхан спасся, однако его беспокоила судьба товарищей. Если доносчик выдал дома, где они остановились на ночь, кое-кто из них мог погибнуть или попасть в плен. Или, может, предатель охотился только за Зелимханом? Если так, то товарищам опасность могла и не угрожать.
Обходя улицы, осторожно пробираясь по огородам аульчан, Зелимхан выбрался из аула, не натыкаясь на новые засады.
Абрек пробрался к одиноко стоящей на отшибе сакле и попросил у хозяина коня.
Ближайшая дорога к условленному месту встречи проходила возле крепости Воздвиженской и дальше через Атаги. Поэтому Зелимхан повернул на восток от Атагов и пошел по полям. Коню было тяжело идти по намокшей мягкой земле. Зелимхан отпустил поводья, предоставив коня самому себе, и задумался. Он готовил операцию в полной тайне, насколько это возможно. Он тщательно перебирал в уме каждого товарища и приходил к выводу, что все они верные, надежные люди. Он смог бы поклясться на Коране, что братья Юнус и Юсуп тоже не предатели. Но как же тогда узнал полковник о намеченной им акции и о том, что он остановился на ночь у Одиевых? Может, кто-то из товарищей рассказал брату или другу? А они в свою очередь пересказали тем, кому сами доверяют? Или кто-то видел, как он, Зелимхан, заходил к Одиевым? Сколько ни думал, Зелимхан не находил ответы на эти вопросы.
Встретив на условленном месте всех товарищей, Зелимхан успокоился. Но с другой стороны осталось сожаление, что подготовленная им с таким трудом операция провалилась. Он же поклялся восстановить нанесенный горцам ущерб. Где ему теперь достать такие деньги?
Аул Солжа русские называют Старой Сунжей. Расположенный в пяти-шести верстах от Грозного он не входил в число крупных аулов Чечни. В нем проживало около двух тысяч человек. Это был новый аул, заложенный оставшимися здесь жителями снесенных Ермоловым аулов. На том месте, где когда-то процветали их родные аулы, недоброй памяти проконсул возвел крепость Грозную.
