Договорив, старик подошел к нему, намереваясь вытащить клинок и добить. Старик всегда внимательно относился к мелочам, доводил начатое до конца. Осталось лишь убить каждого, используя оружие другого. Все будет выглядеть так, будто двое сошлись в смертельной схватке, где каждый смертельно ранил своего противника. Именно такую историю Сицзянь собирался рассказать тиду.
Он еще тянулся к рукоятке меча, когда заметил едва заметное шевеление со стороны евнуха. Будь старик менее бдительным, ничего не заметил бы, однако это не ускользнуло от него, и он резво отскочил назад… Подумав: «Пронесло! Мерзавец прикинулся мертвым!» Неожиданно раздался голос бывшей наложницы:
– Втереться в доверие… Хороший план.
Сердце Сицзяня ушло в пятки, рефлекторно он отпрыгнул еще на пару шагов. Подняв голову, увидел Шао Цзюнь, которая начала подниматься. Мясник по-прежнему лежал на земле. Старик замер, однако быстро пришел в себя и тихо выругался:
– Юнчэн, сукин ты сын!
Когда он предложил Мяснику усилить блокировку точек на теле ассасина, то сделал это специально, чтобы отвлечь того. Его собственных сил хватит обездвижить человека примерно на пять часов. Только Юнчэн на пороге смерти решил оставить «прощальный подарок» своему убийце и разблокировал акупунктурные точки Шао Цзюнь.
Глаза девушки пылали от ненависти к Сицзяню – тот не только обманул ее, а еще забрал подвеску, полученную от наставника. Если бы не амбиции старика Си, то она погибла бы, а Тигры добрались до Янмина. Пусть евнух Ма не до конца снял печати, даже так Шао Цзюнь могла рискнуть жизнью, но убить предателя и сохранить тайну яшмовой подвески.
Она достала меч из тела Юнчэна, оттолкнула труп ногой, после чего встала, пошатываясь. Ноги были словно деревянные, руки тоже не до конца восстановились, однако теперь есть шанс на спасение. Мясник, конечно, помог, только Шао Цзюнь все равно ненавидела его за убийство других ассасинов из Братства.
Глядя на нее, Сицзянь подумал: «Точно: этот ублюдок Юнчэн не мог выложиться на полную, поэтому бывшая наложница с трудом стоит на ногах. Если нападу сейчас, то легко убью ее!» А затем со смехом сказал:
– Вы перехваливаете меня, госпожа Милосердная!
Он одним прыжком сократил расстояние между ними, нащупав свою ваджру под одеждой. Старик Си знал, что у него почти не осталось сил, поэтому обдумывал каждый шаг. Обмануть Шао Цзюнь, исподтишка напасть на Юнчэна – все оказалось точным расчетом, без единого промаха. Евнух Чэнь заметил: руки девушки почти полностью восстановились, а вот ходить она, похоже, не могла. То есть, если атаковать сейчас, шансы на победу весьма велики. Старик без колебаний направил свое оружие в сердце Шао Цзюнь.
В тантрических сутрах говорится: «Ваджра символизирует просветленное сознание и чувство справедливости, способное разрушить бытие на две крайности, обнажив золотой свет Истины». В Ваджраяне[51] она считается предметом культа, однако Сицзянь совершенствовался только в военном искусстве и не вел философские беседы со своим мастером, потому с годами сердце его стало совсем черным.
Он тихо посмеялся, представив, как раздробит грудь Шао Цзюнь ударом «Пламя Гаруды [52]». Хоть тот и считался посредственным, евнух Чэнь ужасно гордился собой. Меч Шао Цзюнь недостаточно длинный, потому она не сможет отбить ваджру. К тому же ноги у девушки ослабли – увернуться не успеет. В этот момент старик потерял остатки человечности.
Внезапно девушка уклонилась в сторону. Такую скорость евнух Чэнь не мог развивать даже в молодости! Ваджра рассекла воздух. В тот же миг он почувствовал резкую боль в левом плече, рука перестала слушаться, брызнула кровь. Старик вскрикнул. Девушка завалилась вправо, из-за чего не смогла бы дотянуться и обезглавить врага, однако ей удалось серьезно ранить его. Сицзянь уступал противнице в навыках, а без левой руки справиться с ней станет сложнее. Только девушка не воспользовалась этим преимуществом. Старик разглядел, что Шао Цзюнь встала напротив, держа в руке тонкую блестящую веревку – та тянулась к дереву.
Девушка чувствовала, как к ногам постепенно возвращаются силы, хотя их все равно было недостаточно. Справиться со стариком будет непросто.
Когда-то наставник сказал ей: «Умеешь – скрывай, используешь – не показывай». Пусть ноги слабы – есть шэнбяо. Старик Си хитер, вот только даже не догадывался про веревочное копье. Теперь Шао Цзюнь могла двигаться с обычной скоростью, хотя с небольшой поправкой: нельзя изменить траекторию. Поскольку враг отскочил, подобраться к нему стало проблемно, поэтому действовать пришлось очень быстро. Ассасин, скрипнув зубами, рывком вернула дротик обратно в руку. И тут же метнула в ветку над головой Сицзяня. Повиснув на нити, девушка приблизилась к противнику.
