– Ты говорила своему отцу что-нибудь о… ну, ты знаешь? – внезапно перебил он Розвиту, и она, удивленная, сразу замолчала.
Затем Розвита рассмеялась:
– Да ты что, с ума сошел? Думаешь, мы бы сейчас здесь сидели? Конечно же нет. Ни слова. – Испугавшись, она посмотрела на него. – Почему ты спрашиваешь?
Франц махнул рукой, ослабил бабочку и с волнением произнес:
– Просто он сегодня сделал мне такое странное замечание.
– Замечание? – спросила взволнованная Розвита.
– Да. Что-то в том роде, что мне это не сойдет с рук. Он мог иметь в виду только одно, не так ли? Но если ты ему не говорила, как он узнал?
Внезапно Розвита занервничала.
– Ты же не имеешь в виду… Клара ведь ничего не сказала? – прошептала она.
Франц замер.
– Клара? – Он почувствовал, что холодеет от ужаса. – Клара знает?
Розвита обреченно кивнула.
– Но она никогда!.. – поспешно воскликнула жена, но Франц бросился вперед, обхватив руками ее шею.
– Твоя горничная знает об этом, а ты даже не сочла нужным рассказать мне? – выкрикнул он, со всей яростью вдавливая ее в подушку.
Розвита издала сдавленный хрип и задергала ногами.
– Я не хотела тебя расстраивать… Я сделала все, чтобы она не рассказала, Франц, клянусь. Я пригрозила ей, что вышвырну ее, если она…
В этот момент Франц больше всего хотел размозжить ей голову. С отвращением отпустив Розвиту, встал и дважды грохнул кулаком по потолку кареты.
– Быстрее, Тони, быстрее! – проревел он. Тони щелкнул языком, и лошади перешли на быструю рысь. Обессиленный, Франц опустился на скамью.
– Прости меня! – хныкала Розвита, обхватив свою шею. Он не обращал на нее внимания. Франц смотрел на проносящийся мимо город, и теперь уже не галстук, а страх сжимал ему горло.
Когда они наконец прибыли домой, все выглядело как обычно. Его родители, которые уехали раньше, сидели в гостиной за чаем. Францу сразу стало легче.
Они поднялись наверх, чтобы переодеться, с беспокойством ожидая увидеть Людвига в спальне. Но все было пусто. Ни одного письма или телеграммы.
– Видишь, ничего страшного, ты зря поднял такой шум, – с довольным видом сказала Розвита. – Говорю тебе, она никогда не расскажет. Да и что ей с этого? Я пойду приму ванну. – Она с упреком посмотрела на Франца, но он никак не отреагировал.
Франц медленно опустился на кровать. Что-то обязательно должно случиться. Олькерт не делал пустых угроз. «Сюрприз», – сказал он. Это могло означать что угодно.
Франц позвонил Каю, его надо было хотя бы предупредить. Роз-вита тем временем удалилась. Невозможно поверить, что она ничего ему не сказала! Женщина, подумал он и, сняв туфли, швырнул шляпу в угол. Как он мог быть таким наивным? Конечно, нужно было избавиться от Клары, в этом не было никаких сомнений. Нельзя было ни дня терпеть такой риск в своем доме. С деталями он разберется позже, сейчас же нужно поговорить с Каем.
Дверь открылась, и Франц с облегчением поднялся, но, к его удивлению, в комнату вошла Лиза.
– Где Кай? – испуганно спросил Франц.
Лиза, смущаясь, сделала реверанс.
– Боюсь, я не знаю, мы не могли найти его весь день, – ответила она. – Я услышала звонок, и Агнес сказала…
Франц в ужасе застыл.
– Ты не можешь его найти? – прошептал он, дрожа всем телом.
– Клары тоже нет. Агнес сказала, что пока не стоит беспокоиться, мы хотели подождать и только что сообщили господам. – Она опустила глаза, а затем улыбнулась. – Может быть, они сбежали вместе? – заговорщически прошептала она.
Затем в комнату ворвалась Розвита, платье уже было наполовину расшнурованным, а волосы распущены.
– Когда же наконец придет Клара? Лиза, пожалуйста сходи за ней и скажи, что я ее жду?! – взмолилась она, – Я хочу принять ванну!
– Мне очень жаль, мадам. Мы должны были сказать вам раньше, но не можем найти Клару. Уже все обыскали, но она и Кай исчезли. Конечно, они скоро вернутся. Можно пока я приготовлю вам ванну? – спросила она.
Розвита застыла на месте. Медленно подняла глаза, и их взгляды встретились. Франц почувствовал, как земля разверзлась под ним. Как он падает все глубже и глубже, и ничто не может его остановить. Он знал, что больше никогда не увидит Кая.
Этот день начался обычно, как и любой другой. Позже Лили думала, что хоть кто-то должен был почувствовать, предвидеть. Должен был быть какой-то знак. Возможно, должен был грянуть гром, возвещавший, что скоро все изменится. Но этого не случилось. Просто в дверь позвонили.
Летний дождь барабанил по стеклам кирпичного особняка. Лили и Ханна сидели на диване в гостиной. Новый кукольный домик стоял перед ними, и Ханна сосредоточенно перебирала посуду в миниатюрном подвесном шкафчике.
– Только взгляни, здесь даже есть рождественская елка! – Взволнованная Лили приподняла украшенное дерево, чтобы лучше рассмотреть. – С настоящими шариками! И даже лошадка-качалка!
– Осторожнее, мама, не сломай! – Ханна с осуждающим видом быстро забрала у нее елку и вернула на место.
Лили невольно улыбнулась.
– Я же просто смотрю, – попыталась оправдаться она, но Ханна лишь покачала головой.
