Все мы уже много раз слышали историю о Мальчике Который Выжил и о его подвигах, чья правдивость, конечно же, неоспорима. Но [эта] история совсем не о нём. Что, если я скажу у Поттеров родился не один мальчик, а двойня? Что, если только одному из детей было предначертано стать героем, отмеченным смертью, тем, кого магическое общество будет почитать и любить? Что же тогда остаётся второму выжившему брату? И правильно ли трактовал пророчество Дамблдор?
====== Глава первая: «Начало больших неприятностей». ======
Перемещение в дневник из Квиринуса Квиррелла, впрочем как и разделение души на остальные осколки, было не самым приятным этапом в жизни Волан-де-Морта, менее известного как Том Реддл. Но даже успешное перемещение не избавило его от неприятного чувства пессимизма. Разочарование, страх провала и тщетности усилий преследовали Тёмного Лорда вопреки тому ореолу грозности, хладнокровия и непоколебимой целеустремлённости, которым он себя окружил. Провалы следовали за ним невидимым шлейфом, напоминали о себе, давили на плечи, а вместе с тем и на волю. Из-за этого время от времени Тома посещали прескверные мысли: «А может ну его? Какой смысл пытаться, если все мои труды снова пойдут крахом, как и в тот раз?»
— Что ж… — невесело обозначил для себя он сложившуюся ситуацию. — По крайней мере, я избавился от постоянных приливов необоснованной ярости, появившихся после создания второго крестража. Сейчас даже кажется удивительным, что книга о создании крестражей вообще нашлась в школе, полной дурных детишек. Дамблдор наверняка приложил к этому руку. М-да… Говорили мне в приюте, что читая рецепт чего-либо, не забывай раздел о побочных эффектах.
Инобытие Тёмного Лорда так бы и шло, все больше погружаясь в раздумья над смутными догадками о коварном старике, искушенном собственным любопытством и жаждой экспериментов над наивными и доверчивыми учениками. Вынужденное безделье порождало в сознании Тома омут мыслей. Возможно еще более тёмный, чем сам Лорд.
Отвращение.
Ярость.
Они накрыли Реддла внезапной волной. Они взбаламутили потоки мыслей, уже ставшие привычными. Кто-то самым грубым образом схватил злосчастный дневник за потрепанный корешок и кинул в чей-то подержанный оловянный котелок.
А потом пришло осознание ситуации.
— Ну наконец-то! Хоть какое-то разнообразие! — молчаливо обрадовался Том. — Посмотрим, кому не посчастливится остаться без ментального тела.
Тетрадь выпустила из себя невидимые сгустки энергии в поисках несчастного обладателя котелка. Тепло, исходившее из руки, только сильнее усиливало голод — голод, который могла утолить только чужая жизненная энергия.
Контакт.
Две ауры на мгновение соприкоснулись.
Мальчик, державший этот самый котелок, вздрогнул. Он почувствовал, как что-то липкое и холодное пронзило руку и растеклось по всему телу. Ему показалось, что он ощутил всё сразу — и слабость, и озноб, и боль в голове и суставах… Он пытался проморгаться, но терял силы.
— Что-то мне х… — не успев договорить, прохрипел мальчик.
Теряя равновесие, он пытался схватиться за стеллажи.
Падение.
Мальчик свалился на пол, а вместе с ним с грохотом посыпались книги.
— Что? Серьёзно? — негодовал Том, узнав в ребёнке, с которым связался, Майкла Поттера, брата-близнеца того самого Гарри Поттера.
Майкл, к несчастью, был тем самым мальчиком, которого в помешательстве он чуть было не выкрал из Хогвартса, будучи паразитом на теле некогда преподававшего профессора Квиррелла. На самом деле, Том не мог назвать точную причину своего поведения в тот момент, мальчишка просто довёл его до белого каления своей пронырливостью. Ему, несомненно, хотелось проучить чересчур любопытного юнца, но ещё больше ему хотелось понять, по какой причине к одному из братьев относились с таким напускным благоговением, а к другому — с показательным равнодушием. И, что странно, его почему-то боялись. Младший брат знаменитого Мальчика-Который-Выжил, поступивший на Когтевран, производил на людей не самое приятное впечатление. По неведомой причине всем казалось, что Майкл мог невербально проклясть любого, кто не так посмотрит в его сторону.
Роковое пересечение судеб встретило Тома и Майкла в магазине «Флориш и Боттс», когда второй вместе с братом покупал учебники к новому учебному году. Уизли, что сопровождали двух сирот в Косом переулке, со снисходительными ухмылками наблюдали за происходящим.
— Мерлинова борода, Гарри, твой брат такой неуклюжий! — закатив глаза, сокрушенно вздохнула миссис Уизли. — Удивительно, как у таких блестящих волшебников, как твои родители, могли появиться такие разные дети!
— Может, он чем-то болен? — шёпотом спросила Джинни своего старшего брата Перси.
Гарри же стыдливо потупил взглядом в пол, пытаясь не смотреть ни на кого.
Опять же, люди не питали особой симпатии к брату Гарри. Со стороны Майкл казался лишь обузой для него. Угрюмый, неуклюжий, пугающе тихий — второй близнец своими качествами не шёл ни в какое сравнение с Мальчиком-Который-Выжил. В красивую легенду о маленьком герое, ставшем звездой Гриффиндора и самым молодым ловцом, Майкл не вписывался и как будто бы ее портил.
Уизли нехотя помогли собрать выпавшие из котелка вещи. Никто не проверял содержание поклажи упавшего в обморок Майкла, и поэтому подозрительная чёрная тетрадь оказалась там, куда ее и подкинули. После публичного выяснения отношений с семьёй Малфоев рыжие поспешили как можно быстрее покинуть то место, где так сильно оскандалились.
