– Разумно, – кивнул Артем. И здесь Эдуард все-таки уловил фальшь. Но Артем уже повернулся к замершей в каком-то ожидании гостье.
– Лера, мы все надеемся на твое озарение в деле Неизвестного.
– Я жду экспертизы, – откликнулась она, глядя перед собой и неосознанно давая понять, что спешит уйти отсюда. Артем помолчал, заставив Леру все же посмотреть на него.
– Как ты думаешь, куда приведет это дело?
– Я не знаю, – недоуменно отозвалась она с наивной и дебильной искренностью.
Артем обратился к своему планшету, вывел некий файл и протянул Лере через стол:
– Вам, возможно, еще не пришли эти результаты.
На листе были первые выводы, касающиеся состояния тел погибших и раненых спецназовцев. К делу привлекались ученые гражданских институтов, поэтому было неудивительно, что результаты попали к Артему в обход МВД. Лера быстро схватила, что в каждом случае обнаружилось нечто нетипичное – фантастическое, если бы это было уместно написать в отчете.
– Не уверена, что я смогу с ходу оценить эти данные…
– Как не смог и я, – вывел ее из затруднения Артем. Лера ответила благодарным взглядом. – Думаю, без консультаций со специалистами никто не оценит их по-настоящему. Я уже направил запрос в «Лозу». Это московская биотехкомпания, у них лучшие эксперты, к которым мы можем обратиться. Я буду держать тебя в курсе. Можешь сказать руководству, что запросила консультацию по своим каналам.
Лера еще некоторое время изучала листы, а, оторвавшись от них, осмелилась спросить:
– А ты сам как думаешь, куда приведет это дело?
– Я не знаю. Но я спокоен, пока знаю, что все сделал правильно. До сих пор и ты все делала правильно. Уверен, у вас с коллегами есть новые идеи.
– Ну… Мы убедились, что Неизвестный нуждается в обезболивающих. И что он покупает их коробками. Вряд ли он связал покупку в аптеке с появлением спецназа. Конечно, поддерживать операцию в таком же масштабе мы не можем. Но можем поставить в каждой аптеке упаковку с трекером, которую фармацевт при малейшем подозрении должен будет продать мимо кассы.
– Хороший вариант, – оценил Артем.
– Тут другая проблема: Неизвестный теперь мог уехать из Москвы. Поиски нужно расширять.
– Мы знаем вокзал, с которого он впервые вышел. Возможно, стоит охватить это направление пригородных поездов?
– Да все это коту под хвост! – перебил Эдуард. – Замучили оперов почем зря. Надо через «кипарис» его искать! Это сорт «arg», – пояснил Эдуард Артему, словно тот мог не знать. – Он его наверняка у турков брал. Сейчас мы оставшихся толкачей соберем по СИЗО, и налетайте, узнавайте, кто ему партию спихнул.
Словом, начался рабочий разговор. Лера сразу почувствовала себя в своей тарелке. Реплики смешивались: Эдуард критиковал чужое расследование, Лера возражала, слышась ему – серьезной, Артему – саркастичной; потом, когда они вспоминали беседу, все стало наоборот: Артем посчитал ее серьезной и усмехнулся, Эдуард – саркастичной и тоже усмехнулся. Возвращались к наркотрафику, и тогда Лера молчала, а Артем вымеренными порциями сообщал, что происходит с делом турецкой мафии на его уровне.
– Вчера в порту Пирея греческая полиция обыскала угольный балкер, приписанный к Беломорску. Греция пока не наша, так что по официальным каналам информация еще не прошла. На судне обнаружилась огромная партия «кипариса».
Эдуард сперва не понял смысл этого сообщения.
– Ну так правильно: откуда-то с Ближнего Востока вышел.
– Он вышел из Беломорска. И плыл без остановок.
– Туда-сюда катается… – неуверенно проговорил Эдуард.
– Выстрел в горизонт – допущение, не достойное сыщика, – пожурил его Артем. – Вряд ли в Беломорске просто забыли разгрузить «кипарис» с прошлого рейса. У нас есть факт, что балкер шел с «кипарисом» от нас – туда.
– Это бред, – упрямился Эдуард, чей труд начал утрачивать блеск совершенства.
– Тебе не хуже меня известно, – Артем в процессе разговора перешел с ним на «ты», – что «кипарис arg» ни разу в товарных количествах в Россию не ввозили. И что впервые его обнаружили в Санкт-Петербурге. До сих пор я считал, что мы просто еще не нашли канал поставки нового «кипариса» в Россию. Но теперь, после вашей операции, я сомневаюсь, что он в принципе существует.
– Мы нашли массу каналов…
– «Кипариса ace». С ним вопросов нет: его семена давно разошлись по миру и выращиваются где угодно.
– К чему ты ведешь?
– «Кипарис art», первый сорт, тоже впервые появился в Санкт-Петербурге. Я тебе подкину еще одну интересную деталь, на которую никто не обращает внимания. «Кипарис ace» распространился всюду через Турцию. Но при этом возник он вскоре после начала операции «Расцветающие ирисы».
Эдуард, как загипнотизированный, полувопросительно произнес:
– Кто-то в армии курирует производство «кипариса»?
– Маловероятно. К настоящему моменту на это должны были указывать хоть какие-то улики. Тем не менее почему бы не предположить, что «кипарис» изобрели у нас?
– Даже если так, – рассуждал Эдуард уже на стороне Артема, – остается вопрос: где его в таких объемах выращивать у нас? Травы-то столько не заготавливают, и это при легалайзе.
