одевались. Не успев умыться и причесаться как следует, бежали на работу, не убрав в шифоньер платья, не заправив постелей. После работы подруги шумно вбегали в комнату, удивленными глазами смотрели на свои койки.
- Вот чудо-юдо! - звенела Валя, поводя вправо и влево хорошеньким носиком в крапинках веснушек.
- Опять дед-мороз со своей Снегурочкой побывали у нас, - говорила Вера, бросая на Дашу взгляды.
Валя подскакивала к Даше, обнимала ее и верещала, захлебываясь смехом:
- Хорошая у нас Снегурочка. Но ты, Даша, все-таки не пускай ее в нашу комнату, а то нам с Верой совестно. Ой, какие же мы неорганизованные! Не будешь пускать Снегурочку?
- Не буду, - с улыбкой отвечала Даша.
Так продолжалось несколько раз, пока подружки не приучили себя не оставлять на утро платьев на спинках кроватей, а на полу чулок.
Как- то Лидия заболела. Даша сутками не отходила от ее постели, поила лекарствами, кормила манной кашей, бегала в аптеку. Девушки спят, а она, притушив розовой бумагой свет лампочки, сидит у Лидиного изголовья. Даша по себе знала, что больной человек мнителен и боязлив, его пугает одиночество. Если рядом с собой он видит здорового человека, который в любую минуту протянет ему руку помощи, он легче переносит недуг.
На третий день Лидия почувствовала себя лучше.
- Даша, ты бы отдохнула, - сказала она.
- Я не устала. Может, тебе чаю согреть? - спросила Даша.
Лида утвердительно кивнула головой. Выпив чаю, она вдруг опросила у Даши:
- Он знает, что у тебя будет ребенок?
Даша опустила голову, глаза ее сразу стали печальными и задумчивыми.
- Ты ему написала?
- Нет, не писала.
- Почему?
- Стыдно. Я боялась…
- Ты ему все-таки напиши.
Даша отрицательно покачала головой. Губы ее судорожно подрагивали.
- Ты же говорила, что он был хорошим.
- Да. Но после его письма… - У Даши на глазах заблестели слезы.
В комнате тихо Тишину нарушает только размеренное тикание ходиков. За окнами ночь, стекла затянуты морозными узорами. Галя, сунув под щеку ладонь, слегка посапывает. В розовом полумраке лицо ее кажется еще румянее. Чижик спит на спине, заломив руки за голову. У нее милое, почти детское лицо, рот полуоткрыт. У Веры одеяло сползло на пол, она свернулась калачиком. Даша подошла к ней, осторожно укрыла ее, снова подсела к Лиде.
- Мне иногда страшно, - призналась Даша. - Проснусь в полночь и не могу заснуть. В голову лезут разные мысли. Видно, я такая трусиха.
- Нет, Дашенька, ты не трусиха. Ты даже смелая. Но, я сказала бы, несовременная, - заметила Лидия.
- Почему? - удивилась Даша.
- Не ищи счастья в замужестве. Это блеф. Я давно присматриваюсь к замужним женщинам, и мне кажется, что все они, каждая по-своему, очень несчастны. Они только делают вид, что довольны своей судьбой. - Лидия помолчала, о чем-то думая. - Прости, что я с тобой откровенна. С другими я не такая. Разве можно говорить с Галиной и Валей?… Они не поймут меня, наклеют всяких ярлыков. Это глупые телочки, мечтающие стать коровами. Ты не похожа на них.
- Лида, зачем ты так о них? Они - хорошие, - сказала Даша
- Я это без всякой злобы. Девушки они хорошие, но очень ограниченные. Я с тобой откровенна потому, что ты умная. Знаю, все вы осуждаете меня. Но я не сержусь на вас. Каждый вправе устраивать свою жизнь так, как ему этого хочется. У меня знакомый был… ученый. Он был намного старше меня. И я не жалею, что была его любовницей. Он любил меня…
- А ты?
- Я не задумывалась об этом. В семейной жизни он был несчастлив. Жену свою он не любил, даже презирал, а жил с нею по обязанности, ради детей, семьи. И я охотно принимала его ласки. Иногда мне казалось, что я любила его.
- Ну, а этого, конструктора, ты любишь? - спросила Даша.
- Не знаю. Наверное. Во всяком случае, он мне нравится. Он хороший, - тихо ответила Лидия.
- Какой же он хороший, если изменяет своей жене? У него же дети, Лида, ведь это плохо жить с человеком, у которого жена, дети…
- Знаю, это многие осуждают с точки зрения официальной морали. Но я стою выше предрассудков. Не люблю ходячую добродетель. Я же не размениваюсь на мелочи, верна ему. Мы оба счастливы. И я вольна, как птица.
- А не кажется ли тебе, что ты обворовываешь чужую семью? - сурово спросила Даша.
- Но если он не любит свою жену? Не меня, так другую найдет, - ответила Лидия без малейшего признака смущения - Ах, Дашенька, ты еще ребенок! Нас любят, пока мы молоды и красивы. Семья, заботы, черная работа у плиты ужасно старят женщину. Мужья начинают поглядывать на более молодых. А с женами живут по обязанности. Нет, Даша, брак и семья - это тяжелые цепи.
- Значит, ты против брака?
- Я не против брака, я против цепей. В современных браках много устаревшего, много предрассудков.
- А каким же ты мыслишь новый брак?
- Не знаю Я против рабства. Брак должен быть таким, чтобы он не убивал личность, чтобы всем было хорошо, - ответила Лидия
- Ты любила своего мужа?
- Любила. Мне казалось, что лучше его нет человека во всем мире. А потом присмотрелась и ужаснулась - кого я полюбила, с кем связала жизнь…
Лидия скривила лицо, даже вздрогнула от неприятных воспоминаний
