Вечером часто приходил Николай с чертежами. Они с Василием усаживались в горенке за стол. Чертили, высчитывали, рылись в справочниках, спорили. Иногда засиживались до утра. Им никто не мешал работать над изобретением универсального токарного станка, который они задумали еще в Москве.
Надя тут же сидела за шитьем детских распашонок, капоров, простынок. Она смотрела на увлеченных чертежами товарищей и радовалась их дружбе. Когда они уставали в бесплодных поисках какого-то сложного конструкторского решения, Надя старалась отвлечь их от работы, дать им передохнуть, показывала свое шитье. Товарищи охотно оставляли свои чертежи и принимали в ее рукоделии самое горячее участие.
В доме Тороповых все заботливо готовились к появлению нового члена семьи. В одну зарплату Василий купил детскую кроватку, во второю - коляску.
Как- то Василий пришел с работы домой и не застал Надю: ее увезли в роддом. Не став обедать, он побежал узнать, как она себя чувствует. В палату его не пустили, и ему пришлось написать Наде записку. Утром, идя на работу, он делал большой крюк, чтобы узнать о здоровье Нади, передать ей цветы и гостинцы. С работы он обязательно забегал в роддом, потом уже шел домой. С завода два-три раза на день звонил дежурной сестре.
И однажды в телефонной трубке женский голос сказал ему, что его жена родила сына и чувствует себя превосходно. Василий отпросился у ведущего конструктора и побежал в роддом, толкая по дороге встречных прохожих.
Появление в доме нового члена семьи чувствовалось во всем. Все стало выглядеть в новом свете. Иван Данилович начал смотреть на сына, как на взрослого человека. В депо он встречному и поперечному с гордостью сообщал, что у него в доме появился внук. Домой Иван Данилович теперь шел не как обычно - не спеша, вразвалку, а торопливо, озабоченно. Ведь дома в детской кроватке, посапывая, лежит внук. Войдет в дом, чинно повесит фуражку и первым делом в горенку, нагнется над кроваткой, почмокает губами, сощурит в улыбке глаза.
- Ну, как, брат, - живем? Ну живи, живи. Места у нас хватит всем.
Но больше всего ликовала Ефросинья Петровна. Не доверяя неопытной невестке, она сама купала внука, стирала его пеленки, пеленала.
Все в доме были по-своему счастливы. Ребенок еще прочнее сплотил семью.
Чем больше Василий Торопов чувствовал полноту семейного счастья, тем острее Николай Горбачев ощущал неустроенность своей личной жизни. В этом была какая-то обратная зависимость. Одному сопутствовала удача, другого она обходила стороной.
А время шло своим чередом. В труде, в постоянном напряжении незаметно проходили дни, - каждый из них был неповторим и в то же время похож на другой, как близнецы.
В то время как Василий Торопов за чертежным столом добросовестно вычерчивал детали машин, Николая Горбачева перебрасывали с одной работы на другую. Шесть месяцев он работал мастером механического цеха, три месяца помощником начальника этого же цеха. Здесь он не сработался со своим начальником Медведевым. Началось с того, что Николай поддержал двух рабочих рационализаторов, помог им технически оформить и произвести некоторые расчеты в чертежах. На производственном совещании он выступил с критикой в адрес своего начальника за без душное отношение к рационализаторам. Позже оба предложения рабочих были одобрены и приняты, но Медведев затаил обиду на своего помощника. Отношения их испортились. Начальник цеха в молодом; энергичном инженере увидел претендента на свое место: Медведев имел только среднее техническое образование. Трения между ними дошли до того, что дирекция вынуждена была перевести Горбачева исполняющим обязанности начальника самого отстающего на заводе кузнечного цеха. Начальник здесь болел третий месяц, работа была запущена, цех систематически не выполнял план.
Николай только освоил кузнечное дело, устранил неполадки в цехе, наладил производство - на работу вышел старый начальник цеха. К этому времени на заводе не было вакантных мест, и Николай неожиданно оказался не у дел. Дирекция временно перевела его в сборочный цех на заштатную должность - мастером сборочной бригады экспериментальных станков. Эту должность директор ввел в счет административно-управленческой единицы по заводоуправлению. Николаю ничего не оставалось делать, как смириться со своим положением и ждать, когда министерство утвердит новое штатное расписание.
Тогда и в голову не приходило, что впоследствии заштатная должность принесет ему много неприятностей.
НАЧАЛО ИСТОРИИ
Надя давно начала замечать, что Василий вечерами, если не работал с Николаем над проектированием станка, все чаще стал засиживаться за письменным столом. Он что-то писал, зачеркивал, переписывал, иногда в досаде рвал написанное и опять принимался писать с какой-то фанатической настойчивостью. В эти часы он не любил, чтобы его отвлекали по мелочам. Надя знала, что он ведет дневник, но никогда не заглядывала в него, считала, что дневник - это разговор человека наедине с собой. Еще по студенческим стихам она заметила у Василия литературные способности.
