— Так это ты? — выплюнул он. — Это ты лапаешь моего сына на людях?
— Пап! — рявкнул Доминик.
— Твой сын уже взрослый и решает за себя сам, поэтому сосредоточься лучше на своей дочери. Ты думаешь, она прогуливает школу просто из вредности? Нет. Ей нужно либо внимание, либо жесткие рамки, а ты, очевидно, не можешь ей ничего из этого дать.
— Люк, — резко сказал Доминик. — Тебе лучше уехать.
Даффи уже не слышал его.
— С чего ты решил, что мне нужны твои воспитательные советы? — Он презрительно оглядел меня, а потом грубо схватил Адриану за руку.
Когда она испуганно вскрикнула, Мика попытался оттащить ее от отца. И тогда он сорвался. Отпустив Адриану, он положил свою пятерню Мике на грудь и отпихнул его к борту машины.
И вот тогда… вот тогда сорвался и я.
Следующая минута пронеслась будто в бреду. Кажется, я пригрозил прикончить его, если он тронет моего сына еще раз. Доминик орал, Адриана рыдала, и я сделал то, о чем долго мечтал: врезал Даффи прямо в его гребаное лицо. Он качнулся назад, потом заехал мне в челюсть, но я, даже не почувствовав боли, ударил его кулаком в толстый живот.
Кто-то схватил меня, оттаскивая назад, и когда туман ярости прояснился, я увидел, что жена Даффи тянет его, изрыгающего проклятия, обратно домой. Мика держал меня за руки, а посредине стоял Доминик. Он держался за волосы. Его взгляд метался между мной и отцом.
Мы… подрались. Прямо на улице. Средь бела дня. Как типичное местное быдло. Я сбросил с себя Микины руки и, обернувшись, увидел, что он смотрит на меня со слезами в глазах.
— Иди в машину, — сказал я.
Он кивнул, сел вперед и закрыл дверцу.
Можно было не сомневаться, что Надя убьет меня, когда узнает обо всем, что случилось.
— Я вызываю полицию! — проорал Даффи с крыльца.
— Не надо никого вызывать! — крикнул ему Доминик, после чего стрельнул в меня разгневанным взглядом. — Езжай домой, Люк. Просто езжай нахер домой.
— И оставить вас с Адрианой с ним?
— Помощь от человека, который ударил моего отца по лицу, нам не нужна.
— Ты защищаешь его? Он толкнул Мику!
— Он оттолкнул его, а не ударил, блин! Я не пойму, чего ты вообще добиваешься? Чтобы я выбрал между тобой и отцом? До этого в принципе не должно было доходить. — Он смотрел на меня в полном шоке. — Ты не должен был лезть!
Мне нужно было домой. В челюсти начала пульсировать боль.
— А знаешь… неважно. Все. С меня хватит. К черту все. К черту всю вашу семью.
И я, не глядя на Доминика, сел в фургон и уехал.
Добравшись до дома, я выключил двигатель, но из машины не вышел. Мика сидел с опущенной головой.
— Извини. Взрослые сегодня вели себя очень плохо.
Он молча кивнул.
— Ты должен мне за билеты и за бензин. По выходным будешь отрабатывать у меня на работе.
— Хорошо. — Он поднял лицо. — Только не запрещай мне видеться с Адрианой.
Я покачал головой. Так и знал, что он об этом попросит.
— Ладно, но пока ты не докажешь, что я опять могу тебе доверять, я ограничу твое время вне дома.
— Хорошо, но… — Он задумался, стоит ли продолжать, и в итоге решился. — Знаю, я не в том положении, чтобы о чем-то просить, но не спеши ставить на Адриане крест. Может, попробуешь поговорить с ней еще раз? Она думает, что ты ее презираешь.
— Я не поставил на ней крест. — Он укоризненно посмотрел на меня. — Честное слово. Я думаю, что она бунтует против семьи и потому принимает плохие решения.
— Это правда, но она не плохая. Просто в ее семье сейчас тяжелая ситуация, и она ничем не может помочь. Они не всегда были настолько плохими. Но она говорит, что их магазин почти разорен, и они могут потерять дом.
В груди защемило, и я стиснул руль. Проклятье. Я все это знал. И хотел им помочь, но Даффи вряд ли примет теперь мою помощь. Как и, наверное, Доминик.
Я хотел вернуться к тому простому раскладу, когда я не впутывал никого в свою жизнь. Когда я не был влюблен.
— Извини меня, пап, — пробормотал Мика тихо. — Я знаю, что поступил плохо, и обещаю, что этого никогда больше не повторится.
Точно, вернемся к отцовским обязанностям.
— Иди к себе в комнату. И сиди там, а я пока успокоюсь. —
Мика кивнул, но уже взявшись за ручку, спросил:
— А что будет с Ники?
— А что с ним? — пробурчал я.
— У вас… все будет в порядке?
— Не знаю. Посмотрим.
Он кивнул и передвинулся чуть ближе к дверце.
— Если вы помиритесь, то он станет жить с нами?
Моему мозгу потребовалась минута, чтобы переварить этот вопрос.
— Ну…
— Если что, мы с Шелли будем не против.
Почему наш разговор свернул в это русло?
— Откуда ты знаешь, что она будет не против?
— Мы это обговорили.
Волшебно.
— Ну, не думаю, что он к нам переедет. — В ближайшее время уж точно.
Мика кивнул и выскользнул из машины.
Зайдя в дом, я сразу пошел к холодильнику. Время ужина еще не настало, но мне было насрать. Смочив горло парой глотков холодного пива, я взял упаковку замороженных овощей, приложил ее к челюсти и стал ждать Надю.
***
Доминик
