– Мы сможем покататься на лыжах. И я покажу тебе окрестности.
Анна кивнула, и они снова обнялись. А потом Питер предъявил служителям письмо о том, что Майк является собакой психологической поддержки, и прошел через рамку металлодетектора, отчаянно маша рукой Анне. И они, как маленькие дети, обменялись воздушными поцелуями.
– Я люблю тебя! – прокричала Анна достаточно громко, чтобы он мог услышать ее. И ее не заботило, что могут подумать окружающие.
– Я тоже тебя люблю, – крикнул Питер, а Майк залаял.
И оба они чувствовали, что Бен рядом с ними, и знали, что навсегда останутся тремя мушкетерами.
Отец Питера встречал его в аэропорту в Чикаго. Питер пока еще не садился за руль, но теперь он уже снова хотел водить машину и чувствовал себя готовым к этому. Он собирался поговорить об этом с Гвен, когда увидит ее.
– Как прошел полет? – поинтересовался его отец, потому что спросить об этом было безопаснее, чем о визите в Нью-Йорк.
Но он видел, что Питер пребывает в состоянии эйфории, и подумал, что они с Анной, возможно, возобновили свои романтические отношения. Он не понимал, что дружеская связь, которую они установили между собой, были намного лучше для них.
– Все было чудесно, – сказал Питер, имея в виду свой визит, а не перелет. – Мы ходили смотреть рождественскую елку в Рокфеллеровском центре.
Он не стал упоминать то, что они зашли в церковь Святого Патрика, поставили там свечу и помолились за Бена.
Его отец улыбнулся.
– Мы как-то водили тебя туда, когда тебе было около пяти лет. Возможно, ты и не помнишь об этом. Тебе там очень понравилось, и ты не хотел уходить.
– Конечно, я помню, папа. Поэтому мы и пошли туда. Я хотел снова увидеть все это. И мне до сих пор это очень нравится.
Питер сиял и вел себя так, словно снова стал беззаботным ребенком. Поездка в Нью-Йорк пошла ему на пользу.
А по дороге домой он сказал отцу, что хочет перевестись в Северо-Западный университет.
– Я хочу пожить здесь, пока не окончу университет. Возможно, потом я вернусь в Нью-Йорк, чтобы поступить в аспирантуру, – сказал Питер, глядя в окно.
Его отец посмотрел на него и улыбнулся. Волосы Питера окончательно отросли и снова были густыми и пышными.
– Мне кажется, это хороший план, – тихо заметил Джон Холбрук.
Когда они приехали домой, он обнял жену и долго держал ее в объятиях, а слезы катились по его щекам.
– С ним все будет в порядке, – сказал он об их единственном ребенке, когда Питер направился на второй этаж в сопровождении Майка.
Он снова чувствовал себя здоровым, хотя, может быть, небольшие шрамы и останутся. Это был трудный путь, но он нашел свою дорогу назад.
Элен и Боб ухитрились успеть поужинать дважды до того, как началась предпраздничная суматоха. И они обсудили благотворительный вечер для пострадавших от урагана. Они оба изъявили желание войти в организационный комитет, как и Джим с Грейс.
Элен хотела пойти по магазинам за рождественскими подарками, хотя список тех, кому она собиралась купить подарки, в этом году был у нее очень коротким. Ее мать, Филиппа и Элис вместе с большими бонусами для них и для всех ее лондонских сотрудников. Ей больше не нужно было искать что-нибудь особенное для Джорджа или для их лондонских друзей. И она хотела найти приятный подарок для Джима в благодарность за то, что он приютил их во время урагана. И какой-нибудь небольшой презент для Боба, если ей удастся найти что-нибудь, что ему понравится.
Ее мать, похоже, была постоянно занята на совещаниях, а все свободное время проводила с Джимом. Ее личная жизнь стала заметно насыщенней, и Грейс наслаждалась этим. Джим возил ее в Сент-Барт на Новый год, и это было «как Майами, только лучше», как она сказала дочери, и Элен рассмеялась. Они явно наслаждались своим романом, и, как сказал Боб, «почему бы и нет?». Боб помог Элен купить елку и нарядить ее. Внезапно она полностью погрузилась в атмосферу рождественского праздника, несмотря на все, что случилось в этом году. И им нравилось проводить время вместе. Кроме праздничных ужинов, они посетили филармонию и театр и с удовольствием подолгу беседовали друг с другом. А когда она заинтересовалась этим, Боб пригласил ее присоединиться к нему на телешоу, где у него брали интервью. Он казался уставшим от подобных мероприятий, но Элен сочла это очень интересным и с любопытством наблюдала за ним из зеленой комнаты в студии «Тудей Шоу». Боб готовился к приезду своих детей и собирался отправиться с ними кататься на лыжах на несколько дней, но он хотел, чтобы перед этим Элен поужинала с ними, и она с нетерпением ждала этой встречи. В разговорах о них они коснулись темы, которая очень занимала Боба, но которую до сих пор он не решался поднять. Но однажды вечером, после пары бокалов вина, он все-таки отважился.
– Я так понял, что вы с мужем решили не рассматривать вопрос усыновления, – осторожно заметил он.
Элен рассказала ему о своих неудачах с ЭКО и о том, что она никогда не сможет родить ребенка.
