На первый взгляд такая одновременность – атрибут скорее Бога, чем человека. Но если посмотреть на любой склад запчастей и сравнить его с жизненным циклом автомобиля, рисуется в чем-то похожая картина. Не суть важно, куда повернет водитель или во что врежется – среднестатистический автомобиль пройдет свои ремонты, получит запчасти, рассчитанные на конкретные повреждения, а в надлежащее время окажется на свалке. Все этапы потенциальной «биографии» машины как бы присутствуют в едином списке ее запчастей. «Проектировщик склада» будто исчерпал варианты эксплуатации автомобиля.
Но низшая и высшая точки – это крайности, где прошлое и будущее исчезают. А каковы характеристики, составляющие пространство прогнозирования – каковы его «измерения»?
Чтобы предсказывать будущее на неограниченном отрезке времени, надо быть либо божеством, либо демоном Лапласа – обладать настолько полным знанием о мире, что вселенная становится детерминированной структурой. Надо всего лишь калькулировать элементарные взаимодействия между атомами, чтобы предсказывать будущее. Возможность как неопределенность, как проявление случая полностью исчезает. Остается лишь действительность. Границы между настоящим, прошлым и будущим в информационном плане попросту стираются.
Но актуальные субъекты политики или бизнеса такой полнотой знания о мире не обладают. А лишенное тотальности, абсолютной полноты, знание о настоящем все-таки подобно статике, неподвижной фотографии на фоне живых процессов. Самый тщательный шпионаж за условным подчиненным не может дать начальнику гарантированный ответ – когда именно тот перестанет быть лояльным, когда
Что же задает динамику изменений?
Случайность как элемент неопределенности лучше всего проявляется именно в развитии, в динамике. Она может быть как принципиально новой, так и цикличной, присущей давно известным процессам: «Никогда такого не было – и опять оно».
Полнота знания о циклах, о процессах, о механизмах изменения постепенно устраняет случайность, превращая ее в необходимость. Завтрашний день будет именно таким, потому что… – и перечень предпосылок можно длить бесконечно. Но именно в неограниченности этого списка и кроется объективный характер случайности. Движение любого атома в итоге определяется не просто законами механики, но еще и законами ядерной физики и квантовой механики и т. д., а раз этот перечень бесконечен, то учесть все целиком нет возможности, и, стало быть, факторы случайности сохранятся.
Случайность открывает бесконечное число путей развития. Но бесконечность случайных развилок – возможностей объекта изменить вектор развития – ставит вопрос о полном хаосе. Чтобы условная система не повышала свою энтропию до бесконечности – и не обрушивалась в тепловую смерть, – требуется направленное развитие.
А что задает направленность развития?
Полное знание о будущем лишает субъект свободы воли. Он уподобляется Богу в рассуждениях Б. Спинозы: высшее существо не действует по свободе воли, а лишь по необходимости [205, с. 346–347] – исчерпывающее знание о Вселенной подсказывает ему самый совершенный и единственно возможный образ действий.
В общей схеме получаем куб, поставленный на одну из вершин. Его нижние грани: объект, случайность, возможность, – их схождение дает просто настоящее, без прошлого и без будущего. Верхние – субъект, необходимость, действительность, – ив верхней точке пространство прогнозирования тоже вырождается, т. к. исчезает сама необходимость в прогнозах.
Но в этом пространстве, начинающемся от пылинки и завершающемся всезнающим сверхсуществом, есть свои внутренние закономерности и возможности.
