Мысленно благодаря дочку, поворачиваюсь к ней и приседаю на корточки. Вернее, пытаюсь присесть, потому что в стольких слоях одежды это сложно.
— Где, милая? Какая тебе понравилась? — Кручу головой, а потом замечаю в метре от нас небольшую ель чуть выше меня и указываю на нее. — Эта?
— Не-е-ет, — морщится Женя. — Эту елку Дед Мороз даже не заметит! Я хочу эту!
И тут она довольно тычет пальчиком в ствол прямо за ее спиной, выжидающе глядя на нас.
— Правда красивая?!
Ее глазки горят, а я теряю дар речи.
Кошусь на Тимура и вижу, что он тоже в шоке. Потому что ель эта высотой метров пятнадцать, а ствол, наверное, все полметра толщиной!
Мы с Беловым переглядываемся и оба явно не знаем, как реагировать и что говорить. Но Тимур отмирает первым. Он неловко почесывает голову через шапку и прочищает горло:
— Эм, Женек… Елка очень красивая, — начинает он, и Женя согласно кивает, — но, боюсь, мы не сможем ее взять…
— Но почему? Ты же сам сказал, что мы нарядим елку, чтобы Дед Мороз не пропустил наш дом. А эта большая, и Дед Мороз сразу увидит ее издалека!
Тимур ненадолго замолкает, потом бросает на меня мимолетный взгляд, и я понимаю, что этот гений что-то придумал.
Он театрально вздыхает.
— Что ж, придется нам тогда остаться до самого Нового года в лесу.
Женя удивленно выпучивает глаза.
— Э-э-э… Как в лесу?
Мне становится смешно от такой искренней реакции дочки, но я изо всех сил сдерживаюсь, лишь одобрительно улыбаюсь Тимуру. Ну, а что тут скажешь, Белов всегда умел находить креативные решения любых проблем.
В ответ на мою улыбку его взгляд смягчается, и он снова переключается на Женю, невинно разводя руками.
— Ну а как иначе? Елка, конечно, очень красивая, но смотри, какая она высокая, какой у нее толстый ствол! Даже если мы ее срубим, то не сможем довезти. А если и довезем, то она просто не влезет в дом. Так что остаемся здесь! Другого выхода нет.
Тимур обреченно-печально смотрит на Женю, и она испуганно восклицает:
— Но мы не можем остаться в лесу! Дома Снежок один!
— И что же нам делать? Как быть? — вздыхаю я, подключаясь к игре.
Женя важно прикладывает пальчик к подбородку и задумывается, а потом у нее в голове явно зажигается лампочка.
— Я знаю! Знаю! — Тут она делает очень серьезное лицо и смотрит на нас с Тимуром по очереди. — Мы возьмем вот эту елку, — Женька указывает как раз на ту, на которую сначала подумала я, — и повесим на нее все гирлянды! И тогда Дед Мороз ее обязательно заметит!
— Отличная идея, Женек! — восклицает Тимур и теребит дочку по шапке, и Женя вся сияет от похвалы.
— Какая ты у нас умница! — соглашаюсь я. — Если бы не ты, пришлось бы нам спать в лесу.
— Да ладно. — Женя снисходительно машет рукой и улыбается. — Яблочко от яблони.
Мы с Тимуром резко переводим взгляд друг на друга и начинаем смеяться. Где она только услышала эту фразу? Но Женька все-таки права: у такого отца просто не могла родиться другая дочка!
Придя к единому консенсусу, Белов разворачивается и возвращается к снегоходу, чтобы взять топор. А я слишком не вовремя понимаю, что хочу писать…
— Я отойду ненадолго, а ты присмотри, пожалуйста, за дочерью.
На что Белов непонимающе хмурится.
— Куда намылилась? Приключений мало?
— Не твое дело! Ты лучше вон… — киваю в сторону елки, — делом займись.
Тимур закидывает топор себе на плечо и теперь возвышается надо мной, явно не одобряя мою самостоятельность.
— Я-то займусь, — он поправляет свою шапку, выдыхая облачко теплого дыхания, — но мне бы не хотелось потом искать тебя по лесу. Давай без неприятных сюрпризов, Саня.
— Единственная неприятность, которая у тебя есть, Белов, — это твой юмор и длинный язык.
На лице Тимура появляется широкая улыбка.
— На счет последнего я бы поспорил. — Он подмигивает. — На мой язык еще ни одна женщина не жаловалась.
— Значит, я буду исключением!
С этими словами я разворачиваюсь, но не так эффектно, как мне бы того хотелось, и все же, несмотря на ощущение, будто я в мешке, стараюсь дойти до первых кустиков горделивой походкой. Вот только когда слышу первый стук топора, понимаю, что можно было и не стараться. Мой бывшенький уже благополучно потерял ко мне интерес. Но это и к лучшему. Не хватало мне еще оправдываться перед ним о своих физических нуждах, он и так за последние дни слишком приблизился как к моей личной жизни, так и к голой заднице, как бы двояко это ни звучало.
