— Вот это сюрприз. Опять СМИ? Средства Манипулирования Идиотами?
— Хорошая шутейка, — уголок моих губ приподнялся в едва фальшивой улыбке. — Жаль старая. Как и та, что питерская полиция победила преступность. Ведь теперь грабят, убивают и насилуют сами полицейские.
Выпалив все это, я замолчала, жалея, что вообще встала с кровати сегодня утром. Господи! Иногда я раздражаю саму себя. Несколько секунд висела гнетущая тишина, похожая на затишье перед бурей. Я уже начала жалеть, что высказала все это полковнику в лицо. Сейчас он оправится от моей наглости, пожалуется моему шефу и тот разорвет меня в пух и перья. Пришлось проигнорировать мгновенный спазм в желудке, появившийся от одной лишь мысли о проблемах. Можно, наверно, делать свою работу тихо и незаметно, вот только лично я не знала как. Если мной двигал рабочий интерес, это было сильней инстинкта самосохранения.
— Юмор на работе? Это хорошо. Нам без юмора никак, — полковник решил расспросить меня подробнее. — Вынюхивать значит послали?
— Очевидно, да, — просто ответила я. — Вас разве заранее не обрадовали?
— Не обрадовали, — как мог вежливо ответил полковник. — Сюрпризы свыше, знаете ли, у нас всеобщее бедствие. Сколько раз меня пытались свалить с должности! — он ослабил галстук, мечтая, чтобы окна в его отделении нормально открывались и он мог подышать свежим воздухом. — Мои враги, которых у меня по известным причинам больше, чем на сучке блох, нагло меня травят. Строчат доносы, подбрасывают улики, чернят в продажных газетенках. Но ничего не выходит. Весь город знает, что я чист.
Я хотела было перебить его и заметить, что он скорее пытается убедить себя в этом, но решила опустить это.
— Любую тайну можно сделать темной, если ее правильно осветить, — зачем-то подытожила я.
— Прошлый купленный-перекупленный журналюга, тоже так говорил. Вот я и швырнул в него его же блокнотом. Всю жизнь буду гордиться своей меткостью. Вы замужем? — теперь полковник зачем-то стал выдавать глупости.
Вулкан личных эмоций, успокоившись, снова начал просыпаться.
— Замужество больше не требуется, чтобы считаться женщиной, — мои глаза забегали по сторонам, прежде чем я на него взглянула.
— Так и скажите, что никто не берет. Этo все из-за того, что современные женщины дофига сильные и независимые, — полковник кашлянул.
И эта правдивая мысль опечалила меня… Ведь я думаю о ней 24 на 7.
— Если хотите разозлить немалую часть одиночек, к которым теперь меня можно смело отнести, — в открытую сказала я. — И настроить их против себя, достаточно произнести эту фразу.
— Значит, так… — произнес полковник. — Возиться у меня с вами времени нет. А вот у майора Бурова, кажется его полно…
— Майор Буров?
— Да, — вздохнул полковник. — Кстати, вот и он, — мы приближались к молодому мужчине, с темно-каштановыми волосами, идеально подстриженными, но выглядели они так, будто он нарочно их взъерошил.
Выглядело сексуально.
Ну, Бодя, молодец, — поругала я себя. Два часа назад рассталась с парнем, а уже замечаешь вещи вроде того, что какой-то мент сексуален.
— Руслан! Обожди! — привлек его внимание полковник. — С тобой поедет наш криминальный журналист.
Изумленный взгляд майора прокатился по мне. Конечно, кому-то дали симпатичные ямочки на щеках, кому-то сексуальную родинку над губой, а мне умопомрачительные мешки под глазами. Меня охватило беспокойство. Почему он так на меня смотрел?
РУСЛАН
Старенький Лэнд Ровер, как обычно, издавал звуки, которые было слишком дорого чинить. Казалось, что шума машина производила гораздо больше, нежели давала скорости. Но я оптимистично выжимал из нее все, что мог. Путь от отделения — до места происшествия, проходил в полном молчании, поэтому первые десять минут, я искал безопасную тему для разговора. Поиски оказались тщетными… Ведь рядом, в молчаливом раздумье, пребывала ясноглазая Колокольникова, с грустью 3-го размера. Мой разум пытался удержать в узде горячие мысли.
Да… выросла девочка. Красивая-прекрасивая... Настолько выросла, что даже не вспомнила своего соседа, из седьмой коробки. Было немного обидно. Эх, не надо было брать фамилию матери… Хотя нет, все верно! Ну какой получился бы майор с фамилией Щенков? А вот Буров — другое дело! Нормальная фамилия…
В сердце кольнуло, отчего-то я был твердо уверен, что Богдана имела несколько другую внешность. На какой-то миг ком подступил к горлу. Ноги стали ватными, не слушались, отказываясь давить на педали.
Она была заметно измучена происходящим, обмахивая лицо блокнотом, словно веером. И видимо, чувствовала себя несколько напряженно. Рев автомобиля заметно усиливал ее напряженность. В какой-то момент, демонстрируя навыки великолепного вождения, я снизил скорость и начал старательно маневрировать, чтобы не попасть в яму.
Неглаженная одежда и трехдневная щетина серьезно снижали степень романтичности моего образа, но я верил в свои силы и потому, пригладив волосы — случилось она. Шутка! Совершенно дурацкая…
— Говорят дорога — лицо города. И у нас оно с ямочками… — ляпнул первое, что пришло в голову. Которая напрочь отказывалась работать.