* * *
Задумавшись о сложностях совместного бытия с младенцем, Сириус всё так же гнал свой мотоцикл куда глаза глядят, поэтому был сильно удивлён, когда впереди засверкал огнями большой город. Он было решил, что подсознание сыграло с ним плохую шутку, приведя в Лондон — туда, где было место, которое Блэк уже давно не считал домом. Но, видимо, ошибался. Впрочем, присмотревшись к залитому огнями городу, ему пришлось признать, что он ошибся и географически — город, хоть и большой, всё же был явно меньше Лондона.
Крестник, просыпаясь, заворочался в своей импровизированной колыбели, кряхтя и морща носик, явно собираясь зареветь, и Сириус, загнав подальше появившуюся паническую мысль о том, что зря он не согласился с планом Дамблдора, решил, что, пока не поздно, стоит скорректировать путь, повернув в сторону нынешнего дома. Но явно мокрый и голодный Гарри принялся так яростно выражать свой протест, не желая путешествовать далее, что Блэк сдался. К тому же, в доме у дядюшки его уже могли ждать — он никогда не держал в секрете, где живёт… Пришлось снижаться.
Оказавшись где-то на улицах города, при снижении опознанного как Шеффилд, Сириус не без труда нашёл тихий уголок и припарковался, с некоторым ужасом глядя на малыша, требующего к себе внимания, и радуясь, что успел наколдовать заглушающее, иначе Гарри своими воплям перебудил бы весь район.
Причина его недовольства уже доносилась до Блэка совсем неаппетитным ароматом, а стоило, наложив на ребёнка согревающие чары, развернуть одеяло, в которое тот был закутан, резкое амбрэ тут же ударило в нос, заставив Бродягу, притихшего где-то внутри, резко заскулить, а его самого зажмурить заслезившиеся глаза и закрыть рукой чувствительный нос.
— Ну ты, Сохатик, даёшь, — только и смог проговорить Сириус, сдерживая желание немедленно уничтожить отходы жизнедеятельности Гарри вместе с ползунками, рубашечкой и одеялком, тоже промокшим насквозь и уже пропитавшимся вонью. Но делать этого не стоило, ведь потом всю одежду пришлось бы трансфигурировать из подручных средств, и он сомневался, что в данный момент у него получилось бы что-нибудь путное.
Взяв себя в руки, он кое-как отчистил и Гарри, и его вещи Эскуро, порадовавшись тому, что вонь исчезла, и попытался вернуть ползунки на их законное место — на голую попу крестника. Но не тут-то было!.. Тот, надрываясь, орал и сучил всеми конечностями, сжимая пальчики в маленькие кулачки и краснея от натуги, и Сириус совершенно не мог понять, как натянуть на него вещи так, чтобы в процессе не сломать тоненькие ручки и ножки, иногда, как ему казалось, и так выгибающиеся под нереальными углами. Наконец, устав бороться с младенцем и опасаясь за его здоровье, Блэк умудрился завернуть крестника в одеяло, крепко замотав и применив кое-где заклинание приклеивания. Это, вроде бы, решило один вопрос, но, неуклюже пытаясь укачать почти охрипшего от воплей ребёнка, он задумался о пище насущной.
По всему выходило, что о кормлении младенцев он ничегошеньки не знал и точно был уверен лишь в одном — их точно не стоит кормить кормить ни стейком с кровью, о котором лично Сириус сейчас мечтал, ни жареной картошкой. Вот молоко — это отлично, но как Сохатик будет пить его прямо из бутылки? Ему же соска нужна?
Схватившись за голову — умозрительно, конечно, ибо руки были заняты всё так же орущим с голодухи младенцем, Сириус снова малодушно вспомнил Дамблдора, но теперь эта мысль заставила разозлиться на себя и на директора в придачу — они оба, наверное, хотели сплавить Гарри подальше, не желая нести ответственность за его воспитание. И это помогло сосредоточиться на том, что ни Дамблдору, ни Петунье Эванс он Гарри не отдаст, как бы не было трудно и как бы не убеждали его все (даже иногда он сам) в правильности такого решения. Он, Сириус, остался совсем один на этом свете, крестник тоже сирота, так что им теперь нужно держаться вместе. К тому же он обещал Джейми…
* * *
То, что поблизости от места приземления обнаружился госпиталь — пришлось лишь проехать квартал — Сириус счёл явной удачей и хорошим знаком. Следовало не только накормить Гарри, но и обработать его рану. И всё это Блэк решил проделать чужими руками, наложив Конфундус на подвернувшуюся медсестричку.
Пока та возилась с крестником, Сириус, сидя в уголке и держа ситуацию под контролем, пытался обдумать всё варианты побега. По всему выходило, что им надо как можно быстрее драпать из страны. И всё чаще в голове звучал голос матери: