– Кризис…, – загадочно произнес я, сознательно напуская своими словами побольше тумана. – Кризис….
Туманное Ухо выплыло из тумана и приблизилось ко мне.
– Кризис и интернет, вот решение, которое принесет вам миллионы, – шепнул я Уху на ухо единственный правдоподобно звучащий вариант, который пришел мне на ум.
– Что конкретно нужно сделать? – спросило Ухо, окончательно разочаровывая меня.
Полегче бы, что-нибудь спросил. Я подумал, что я стратег, а не тактик и воспользовался спасительной соломинкой.
– Это уже второй вопрос. Я не имею права отвечать.
Он кивнул, поблагодарил меня и сразу же принялся негромко бормотать что-то, видимо, думая вслух. Потом достал из глубин дорогого, строгого, ладно сидящего пиджака небольшой компьютерный планшет и принялся что-то лихорадочно набирать на нем. Наверно, как настоящий практик, решил не откладывать реализацию моего совета на потом.
Он бормотал что-то и про мировой экономический кризис, и про компьютерные игры, вернее про одну из них, с каким-то труднопроизносимым названием, напоминающим название испанского города. Минут через десять он вдруг заулыбался, словно его осенило, потом пробормотал еще сам с собой минут пять и, наконец, собрался уходить.
– Вы гениальны, Учитель, – сказал он мне на прощанье. – «Кризис» – это название популярной прежде компьютерной игры, издатель которой выставил сейчас ее на продажу. Я планирую выкупить права, сделать третью часть, маленький шедевр, и прилично заработать на этом, как удалось недавно заработать огромные деньги на другой игре другому издателю, продавшему за месяц миллионы копий.
– Прекрасно. Я рад, что могу вам помочь, – сказал я, подумав, что вряд ли на самом деле ему чем-то поможешь. По крайней мере, в ближайшие годы.
Он ушел, а я остался, радуясь, что не провалил порученное мне дело, и одновременно печалясь из-за непреходящей меркантильности человеческой природы.
Чтобы перевести дух, я приготовил себе крепкого чаю, аккуратно нацедил его сквозь ситечко в английскую фарфоровую чашку, сделал пару маленьких глотков, наслаждаясь сказочным ароматом. А потом кликнул Лику.
– Лика, – сказал я громко. – Что у нас по плану сейчас, и кто второй посетитель?
Она ответила моментально.
– Женщина. Китай. Преподаватель. А по плану у вас сейчас медитация, мистер Иван.
– Я пойду медитировать на воздух, – сказал я. – Допью чай и пойду.
– Рекомендовала бы вам захватить с собой плащ, мистер Иван. – Прогнозы говорят о высокой вероятности дождя в ближайшие пятнадцать минут.
– У меня нет плаща. Если только позаимствовать у учителя Эйзеса.
– У него тоже нет. Ему не нужен плащ.
– Тогда, это будет мокрая медитация, Лика, – грустно сказал я. – Короткая мокрая медитация. А где обычно медитирует Учитель?
– Если вы начнете обходить дом слева, то увидите ступеньки в скалах. Их восемьдесят восемь, и они ведут вверх, ведут к нужному месту.
Выйдя из дверей, я подмигнул стоящим на страже зеленым ящерицам, потом, воспользовавшись подсказкой Лики, решительно полез на скалы, что громоздились левее хижины. По пути бросил короткий взгляд в небо. Там действительно ходили мрачные тучи и, похоже, действительно собирался дождь. Он мог пойти в любую минуту.
И все, что мне опять оставалось, это только надеяться.
Я стоял на маленькой площадке для медитаций и пытался разрешить неожиданную проблему. В центре площадки находился вымощенный белым камнем круг метрового диаметра, а в центре круга, ровно посередине, лежал красный кирпич. Обычный красный кирпич из обожженной глины. Что все это означает – было абсолютно непонятно. Напоминало известный дорожный знак, отлично знакомый и водителям, и пешеходам. Только знак был не на столбе, а на земле, и круг был белый, а кирпич красный, а не наоборот.
– Может, это знак «Антикирпич»? – подумал я.
Именно так. С большой буквы «А».
И значит он не «Проход запрещен», а напротив: «Если зашел, иди скорей сюда!»? А может, кирпич предназначен именно для медитаций? Но если это так, то как им пользоваться? Может, для лучшей концентрации его нужно положить себе на голову, стоя? Или на живот, лежа? Один кирпич, а сколько загадок. И кризис на небе, и кризис на душе…
Кризис на небе предсказуемо завершился проливным доджем. Благо к этому моменту я минут двадцать находился в центре круга, где без всяких ухищрений просто держал кирпич в руках и уже заканчивал обмениваться с космосом энергетическими потоками. И когда пошла вторая, мощная атака армии дождевых капель, я не стал противостоять ей здесь, под открытым небом, решив незамедлительно отступать. Накинув капюшон, я аккуратно заскользил, старясь не упасть, по мокрым ступенькам вниз, к своей временной обители. Кирпич оставил на месте. За него я был спокоен. Они, кирпичи, никаким кризисам не подвластны.
