Яростный жар поднялся от шеи к лицу, когда Гарри осознал две вещи. Во-первых, его член был тверже камня, а во-вторых, Снейп его даже не касался, во всяком случае нарочно. Он возбудился от одного поцелуя, и Снейп вот-вот прикоснется к нему и поймет это. От стыда и безысходности он инстинктивно уткнулся лицом в плечо Снейпу – по крайней мере, так ему не придется видеть ухмылку зельевара.
Рука мужчины очень уверенным и непринужденным жестом обхватила член – и это было так непохоже на суетливые движения самого Гарри во время мастурбации.
Юноша застонал в плечо Снейпу – и это был отнюдь не протестующий стон... ему оставалось лишь надеяться, что зельевар неверно истолкует его реакцию.
- А, отлично, – выдохнул Снейп, перекатившись на бок и потянув за собой юношу – теперь они лежали лицом к лицу. Гарри все еще отворачивался и пытался совладать с возбуждением.
Видимо, Снейп это почувствовал, хотя Гарри и понятия не имел, каким образом.
- Нет, ты молодец, – прошептал он, поглаживая юношу по спине свободной рукой и зарываясь пальцами в темные пряди его волос. – Просто расслабься, Гарри. Ты должен научиться позволять мне это делать; должен верить, что сможешь получить удовольствие.
Врет и не краснеет, фыркнул Гарри, хотя, конечно, он уже получал удовольствие – по крайней мере, физическое. И Снейп прекрасно понимал это. Однако для Гарри оставалось загадкой, почему тот продолжал говорить так, будто ничего не подозревал. Видимо, зельевар думал, что иначе Гарри не протянет до вечера.
- Ты еще научишься желать этого, – шепнул ему на ухо Снейп.
Ладонь вокруг его члена сжалась, и Гарри охнул от неожиданности; он задышал так быстро, что, казалось, вдохи и выдохи слились в один долгий, требовательный стон. Снова закружилась голова – наверное, от недостатка кислорода; Снейп изменил ритм и стал двигать рукой вверх-вниз, уверенно сжимая член юноши и вызывая смутные воспоминания о тех временах, когда он украдкой дрочил в гриффиндорской спальне.
Да, сейчас ощущения были похожими, но в то же время и совершенно другими. Ласки Снейпа ощущались грубее, были менее предсказуемы, сопровождались горячим дыханием у самого уха и обнимающей его теплой рукой.
- Ты обещал... Sensatus, – взмолился Гарри.
- Он тебе едва ли нужен, – хрипло отозвался Снейп, отрывая Гарри от своего плеча и впиваясь в его губы поцелуем, словно намеревался высосать его душу. Решив было, что зельевар откажется произнести заклинание, Гарри почувствовал прикосновение волшебной палочки к ноющей головке своего члена и услышал единственное слово: – Sensatus...
В ту же секунду ощущения вспыхнули в нем с такой силой и яркостью, что Гарри выгнулся и закричал.
Теплая, уверенная рука ласкала его член, затем к ней присоединилась другая – обе слаженно доводили его до пика. Содрогаясь от желания, Гарри хотел было застонать, попросить о большем, но его губы были заняты очередным поцелуем. В этот раз он даже не думал противиться удовольствию, но и оставаться неподвижным, когда его так целовали, он тоже не мог. Он добросовестно отвечал на поцелуй, вторя движениям чужих губ и языка, ощущая вкус кофе, разбавленного виски, вдыхая пьянящий аромат незнакомых специй, в то время как рука на его члене нашла новый ритм с явным намерением довести его до сильного, долгого, сотрясающего тело оргазма.
Он резко оборвал поцелуй, когда по венам хлынул поток удовольствия, и изо всех сил прижался к обнимающему его мужчине, сомкнув зубы на его плече, чтобы снова громко не закричать.
Толчок за толчком, волна за волной; ощущения были такими острыми, что недолго было потерять сознание. Незнакомый привкус наполнил его рот, когда он сильнее стиснул зубы и кончил – оргазм был в несколько раз сильнее, чем любое наслаждение, когда-либо доставленное собственноручно. Сильнее, чем те, что исторгал из него Снейп, вжимаясь бедром в его пах...
Снейп.
Он кончил, толкаясь в руку Снейпа.
Несмотря на то, что заклинание уже теряло силу, покидало его, он не мог остановиться, не мог сдержать рвущиеся из горла стоны, пока по телу продолжали пробегать вспышки удовольствия.
Наслаждение пронзило его и вырвалось наружу, выплескиваясь до тех пор, пока в нем ничего не осталось.
Гарри снова застонал и, наконец, разжал челюсть – странный привкус оказался кровью. Он прокусил Снейпу кожу – на плече зельевара остались следы его зубов, словно два полумесяца, напоминая о том, как он утратил контроль, как покорился и отдался – добровольно – Снейпу.
Это все Sensatus, попытался убедить себя он, хоть и понимал, что кривил душой. Его возбудило не заклинание, а поцелуй Снейпа. Все эти упражнения в получении удовольствия от его руки... что ж, теперь Гарри его ощутил, верно? Даже не будучи спрошенным, желал он того, или нет.
- Это прошло... гораздо лучше, чем я предполагал, - пробормотал Снейп, отодвигаясь от Гарри, который всем сердцем желал, чтобы кровать раскололась надвое и поглотила его живьем.
- Это просто физическая реакция, - в ужасе выпалил Гарри. – Обычный рефлекс!
