Объясняя, Гарри почему-то смутился. Ведь он никогда не сомневался в профессионализме зельевара. Возможно, ему просто не хотелось признаваться в этом самому Снейпу?
– Ну, э-э... я никогда раньше такого не видел... он, кажется... – сбившись, он снова попытался: – Он напомнил мне о бальзаме, которым ты пользуешься для массажа.
Стоящий позади него Снейп усмехнулся.
– Интересно, каким же образом? У них совершенно разные составы.
Гарри снова подставил голову под напор воды. По спине стекала пена, приятно расслабляя и успокаивая.
– После обоих остаются приятные ощущения, – попытался объяснить он.
– Даже так? Что ж, признаю, рецепт бальзама принадлежит мне. Что касается шампуня – он из запасов эльфов-домовиков.
– Странно. Мы такого не получаем.
– Конечно, нет, – его окутал запах – но вовсе не хвойный. Этот был острее, почти горький, с примесью аромата мыльной пены. Гарри не нужно было оборачиваться, чтобы понять: Снейп тоже намыливает голову. Какой абсурд – моющий голову Снейп... хотя, разумеется, в последнее время его волосы стали такими чистыми и ухоженными, что про себя Гарри уже почти прекратил называть профессора «сальноволосым».
Невероятно, но факт!
– Формулу его изготовления подогнали специально для меня, добавив компоненты, снимающие стресс, – пояснил Снейп. – Будем считать это очередной попыткой назойливых домовиков улучшить мое настроение. Подобные «дары» делаются многим из учителей, хотя этот вид шампуня создали лишь пару лет тому назад.
– Добби, – выдохнул Гарри.
– Прошу прощения?
– Это местный домовик. Он... э-э.. всегда пытается меня выручить. Намерения у него благие, а вот методы он иногда выбирает... – Гарри вздохнул. – Наверное, он услышал, как я жаловался, что стоит мне чихнуть, как ты снимаешь баллы с Гриффиндора.
– Ты утрируешь.
– Ничуть. Но если это дело рук Добби, то стоит поискать следы его магии. Или не стоит – как я понимаю, пользовался ты им нечасто.
– Честно говоря, я им вообще никогда не пользовался. Если бы я захотел лишиться самоконтроля, то прибегнул бы к более эффективной помощи зелья. Но им я тоже не пользуюсь. Предпочитаю всегда оставаться в форме – на случай вызова.
Гарри не нужно было спрашивать: «вызова куда?». И спорить о дурацком стремлении Снейпа незамедлительно являться на вызов он тоже не стал. А зачем? Ему лишь напомнят о том, кому из присутствующих предстоит стать хозяином, а кому – рабом.
– Но ты же его не выбросил, верно? – все еще не оборачиваясь, спросил Гарри. Странный способ поддерживать беседу, но ничего иного он бы сейчас не вынес. Впрочем, с некоторой натяжкой это можно было назвать прогрессом: они уже могли спокойно беседовать, даже если речь шла о ерунде.
- Конечно: это предотвращает дальнейшие всплески изобретательности со стороны домовиков.
Гарри не хотел было говорить о том, что сразу же пришло ему в голову. Но Снейп неоднократно повторял, чтобы он не изображал из себя бездумного раба, поэтому юноша набрался смелости и выпалил:
- Что ж, если бы домовикам удалось помочь тебе... э... расслабиться еще пару лет тому назад, возможно, сейчас мы бы намного лучше ладили. В смысле, что тогда я наверняка продолжил бы ходить на зелья, а не вылетел бы оттуда как пробка из бутылки. – «Хотя аврором мне все равно не стать, так почему меня это волнует?»
Но почему-то это его все-таки волновало.
Гарри отогнал эту мысль.
- Неважно, что мы не ладили, - заметил Снейп. – Учитывая сопутствующие нашим отношениям сложные обстоятельства... Мы не сможем поддерживать приятельские отношения, Гарри. Даже после проведения ритуала.
- Ну да, все из-за Волде... Темного Лорда, - вздохнул Гарри, потому что тут нечего было добавить, верно? Ему, вероятно, придется постоянно торчать в гребаных подземельях. И притворяться, что его вообще нет в Хогвартсе. Этакий призрак Оперы. Похоже, его ожидала судьба Плаксы Миртл, обреченной вечно скитаться по одному и тому же зданию. Только в отличие от Миртл с ее унитазами, его единственной компанией станет Снейп. Чем больше Гарри думал об этом, тем тоскливее ему становилось. Ведь даже Миртл время от времени могла путешествовать по трубам, правда? До самого озера. У Гарри же и такой возможности не будет.
Если нужно будет оставаться в тени, то он не сможет выходить наружу. Разве что под покровом отцовской мантии-невидимки... Однако тут он не собирался лгать себе, мечтая, что ему когда-нибудь снова удастся ее увидеть.
И чем он будет заниматься целыми днями, пока Снейп преподает? Впрочем, не так уж сложно догадаться. Ведь для варки зелий требуется немало приготовлений. Ему наверняка придется потрошить всяких мелких тварей и спиртовать их внутренности, и так час за часом, день за днем. В одиночестве, во мраке подземелий.
Однако по ночам, в постели, он будет не один...
