– Ну да, – буркнул насупившийся Гарри. – Слушай, пойми меня правильно, потому что я не какой-то маменькин сынок, не способный пройти через такое. Вовсе нет. Совсем нет! Я позволю тебе его в меня засунуть. Хоть каждый вечер, если это потребуется для обмена силами. Меня не пугает боль... Просто, надеюсь, у тебя под рукой будет какое-нибудь лечебное зелье, вот и все, потому что ты слишком большой, чтобы... э... там поместиться.
В сказанном Гарри было столько заблуждений, что Северус не знал, с чего начать объяснения. Впрочем, нет, суть была даже не в этом. Он прекрасно знал, с чего начать – с того, что, очевидно, волновало юношу больше всего, а там уже видно будет.
– Тебе не потребуется зелье, – какое-то время Северус помолчал, собираясь с мыслями. – Гарри, твое... беспокойство вполне объяснимо, но помнишь, я говорил, что знаю, как доставить мужчине удовольствие? – он выждал, пока юноша кивнет, и продолжил самым доброжелательным тоном, на который был способен. – Надеюсь, сейчас ты понимаешь, что я не преувеличивал.
Юноша закрыл глаза, словно ему было больно признаться в этом.
– Ну да, понимаю. В нашей ситуации твой опыт может пригодиться. Но ты же знаешь, что я говорю не о том. То, что ты можешь... э, довести меня до оргазма, не поможет с тем, другим. И, откровенно говоря, я не понимаю, как мне удастся избежать серьезной травмы, если я позволю тебе...
Не зная, что на это ответить, Северус провел ладонью по все еще влажным волосам юноши. Вероятно, никакие слова не в силах развеять подобные страхи… ничто, кроме самого акта совокупления, не убедит Гарри в том, как сильно он ошибается. И все же сказать что-то следовало; нельзя было позволить необоснованным опасениям юноши крепнуть и дальше.
– Несмотря на твое заявление, мои размеры не так уж экстраординарны, – заверил Северус, борясь с желанием улыбнуться – ситуация действительно была серьезной. – Я просто высокий мужчина, и части тела у меня соответствующих размеров.
– Да что ты мне рассказываешь, – презрительно фыркнул Гарри, сверкая глазами, и смахнул с себя руку Северуса. – У тебя размеры, как у... Ну, откуда мне знать, верно? Я просто заметил, что там, в душе, у тебя даже не стояло, но в меня и такой не влез бы. А учитывая, что он еще увеличится... при определенных условиях ... ну, всему же есть предел, вот что. Не хочу показаться пошлым, но вряд ли кто-то лучше меня знает, что туда влезет.
Немного поколебавшись, Северус притянул юношу к себе. Теперь щека Гарри покоилась на его груди. Это было очень приятно, невзирая на то, что сейчас Гарри держался весьма отчужденно.
– Уверен, что теперь эта мысль беспокоит тебя еще больше, чем раньше...
– Как ты проницателен, – буркнул Гарри.
Северус медленно массировал плечи юноши круговыми движениями, хотя тот, казалось, даже не замечал этого. Однако расслабиться Гарри все равно не удавалось.
– Но я, как ты сам признаешь, достаточно опытен. Уверяю, еще не было случая, чтобы я причинил любовнику физическую боль.
Юноша приглушенно пискнул.
– О. Как это мило с твоей стороны. Но ввиду того, что мне предназначено стать для тебя кем угодно, только не любовником...
Северус оцепенел.
– Кем же ты планируешь для меня стать?
Он ощутил, как Гарри стиснул зубы.
– Ты же сам говорил. Наложником. Рабом. Собственностью.
«Холодное равнодушие», вдруг вспомнил Северус. Похоже, эта тактика причинила Гарри больше вреда, чем пользы, заставив юношу думать, что ему предстоит беспросветное рабство. Так не годится. В конце концов, Cambiare Podentes был придуман для любовников. И если до Гарри еще не дошло, что именно ими они и стали, это может привести к провалу ритуала.
Северус сполз чуть ниже, чтобы его лицо было на одном уровне с лицом Гарри, и прошептал прямо в губы юноши:
– Вижу, ты не заметил, что мы уже стали любовниками.
Гарри отпрянул.
– Неправда!
– Уверяю тебя в этом. Чем, по-твоему, мы здесь занимаемся по вечерам?
– Ну, мы всего лишь... обжимаемся. Мы же не занимаемся настоящим сексом!
Обняв юношу за шею, Северус притянул его к себе и неторопливо, чувственно поцеловал. Гарри не реагировал, что было неудивительно, но Северус не прерывал поцелуя, поглаживая того по подбородку и шее – пока, наконец, Гарри не расслабился и не сдался его напору.
– Ты плохо знаешь словарные определения, – тихо заметил Северус, оторвавшись от слегка задыхающегося юноши, чье лицо пылало... но на сей раз не от смущения. На нем ясно читалось возбуждение, и Северус не нуждался в иных подтверждениях, чтобы понять, чего сейчас хочется Гарри. Все было написано в сияющих зеленых глазах. – Существует множество способов заниматься любовью, Гарри. То, как я держу тебя в своих объятьях, доводя до сокрушительного оргазма... И то, что ты кончаешь так остро и сладко, что оставляешь на мне метку... – Северус провел пальцами по оставшемуся на его плече следу зубов Гарри. – Поверь, мы с тобой самые настоящие любовники.
– Ты... – Гарри неловко махнул рукой, выдавая смущение и снова заливаясь краской. – Вообще-то я хотел извиниться за укус.
