– Уверяю тебя, ты не будешь моим домовиком, хотя теперь, после знакомства с твоим семейством, кажется, я могу простить тебе подобное заблуждение, – ворчливо заметил Северус. – Я так понял, что по большому счету они использовали тебя для работы по хозяйству?
– Я… – Гарри хотел было отрицательно помотать головой, но, вспомнив ту кошмарную сцену на Тисовой улице, понял – у него почти не осталось от зельевара секретов. Во всяком случае, в отношении его родных. – О да, я работал как домовик, но не думаю, что это хоть как-то изменило их мнение к лучшему.
Северус промолчал, однако Гарри заметил, как помрачнело его лицо.
Юноша встряхнулся, пытаясь привести в порядок мысли. Сказанное Северусом никак не укладывалось в сознании. Ему не придется проводить в подземельях дни и ночи?
– Но… а как же меры предосторожности? Ведь никто не должен догадаться, что я твой раб! Да и… тебе самому вряд ли захочется, чтобы кто-то увидел нас вместе…
Северус чуть пожал плечами.
– Ну, то, что ты решил остаться в замке, вряд ли кого-то удивит. И потом, пока что никто ничего не заподозрил — мы просто будем осторожны. Кроме того, учитывая твое положение, вряд ли ты сможешь просто исчезнуть на продолжительный период. Пресса камня на камне не оставит от Хогвартса, пока не разнюхает твое местонахождение, а заодно и остальные секреты. Будет гораздо благоразумней дать понять, что ты остался в школе. После недолгого отпуска, разумеется.
Гарри все еще не верил своим ушам.
– Значит… ну, я просто хочу убедиться, что правильно понял. Мне не придется постоянно прятаться в подземельях? И я смогу пользоваться этими шикарными комнатами рядом с Башней? Но это невозможно! Неужели это правда?
Не сводя с лица юноши пристального взгляда, Северус ответил:
– По сути, да.
Гарри больно прикусил губу, пытаясь остановить удушье, подбирающееся к горлу. Со свистом втянув в себя воздух, он решительно подавил подступающие к глазам слезы. И только тогда рискнул заговорить.
– Почему ты не рассказал мне об этом?
Северус принялся барабанить о подлокотник кресла.
– Вначале – из желания избежать любого подобия обещаний. Кроме того, тогда ничего еще не было решено окончательно. И потом, мы до сих пор ожидаем одобрения от Совета попечителей, хотя это лишь формальность.
Гарри уставился в одну точку, до сих пор не осознавая всей правды до конца.
– Не думаю, что Совет попечителей волнует, жить мне в Хогвартсе или нет. Я хорошо помню единоличное распоряжение Дамблдора, позволившее Трелони остаться в школе.
Зельевар помолчал, затем ровно произнес:
– Совет едва ли интересует распределение комнат в Хогвартсе. Создание дополнительной должности, с другой стороны… Это действительно входит в сферу его компетенции.
Теперь Гарри однозначно уверился, что этот разговор вне его разумения. Наверно, ему просто нужно выспаться – чем дольше они беседовали, тем меньше он понимал.
– Дополнительной должности?
Взгляд Северуса выдавал его напряжение.
– Да. Ты будешь работать ассистентом профессора. И нет, не зелий. Профессора по защите от темных искусств.
Гарри снова огляделся по сторонам, в его голове начало проясняться.
– О… так вот почему мне выделены эти комнаты. Нельзя допустить, чтобы все гадали, где я живу. Я… даже не знаю, что сказать. То есть, это отличная новость! Защита – мой любимый предмет!
– Именно. Мы полагали, что подобный выбор будет для тебя и полезен, и приятен, – кивнул Северус. – Так я извещу Альбуса о твоем согласии? Но не забывай, в итоге все зависит от позиции Совета попечителей. При обычных обстоятельствах Альбус вправе назначать кого угодно, но создание новой должности требует одобрения Совета.
– Конечно же, я согласен! – все еще не веря в происходящее, воскликнул Гарри. – Я… о Мерлин, я-то был убежден, что после ритуала умру от тоски.
– Едва ли, – протянул Северус. – Ты также назначен тренером по квиддичу. Видишь ли, по мнению Альбуса, спортивная программа нуждается в совершенствовании. Настало время предложить студентам нечто более существенное, чем просто уроки полетов. Его слова. По силам ли тебе такая нагрузка в дополнение к должности ассистента?
Гарри расплылся в улыбке. А он-то боялся, что Северус запрет его в подземельях!
– Тебе придется тренировать все четыре команды, без всяких предпочтений, – сухо предупредил зельевар. – Включая Слизерин.
Гарри беззаботно отмахнулся и тут же опустил руку. Черт. Нужно бережней обращаться с недавно залеченной костью.
– Не волнуйся, я умею быть справедливым. В отличие от… ладно, неважно.
– К сожалению, твоя зарплата будет поступать прямо на мой счет, – продолжил Северус. – Иначе ритуал сочтет твое занятие независимой работой. Поверь, меньше всего мы хотим выяснить природу наказаний, к которым прибегает Podentes.
Гарри нахмурился, его эйфория немного уменьшилась. Не из-за денег, нет. Он уже смирился с мыслью, что у него никогда не будет собственного состояния.
– А сама работа… ты уверен, что она допустима?
