– Э... почему бы нет? Отличная мысль. – Но Гарри не двинулся с места, пока Северус сам не потянул его к подводной скамье. Однако это оказалось нелегко: руки зельевара постоянно соскальзывали с гладкой кожи юноши. Хм, кажется, действие Frictionate почти прошло. Вскоре нужно принимать меры.
Он усадил Гарри рядом с собой, обнял одной рукой за плечо и притянул поближе. Юноша снова опустил голову зельевару на грудь. Некоторое время они просто спокойно сидели, прислушиваясь к царящей в подземельях тишине.
Разумеется, тишина не была абсолютной. Северус слышал, как потрескивали фитили мерцающим пламенем свечей и тихо плескалась вода в бассейне. А закрыв глаза и прислушавшись, он мог уловить, как капает вода за каменными стенами. Интересно, что же мог слышать сейчас Гарри, с его обостренным слухом?
Как выяснилось, Гарри обращал мало внимания на посторонние звуки.
– Как жаль, что я не могу сейчас касаться тебя и проделать с тобой все то, что ты сделал со мной...
Северус выгнул бровь. Вот это приятный сюрприз. Быть может, Гарри не такой скромник, как он полагал.
– М-м... да, узы не позволят тебе это сделать. Но завтра у нас будет достаточно времени. Оно и к лучшему, учитывая принятое мной зелье.
– Ах, зелье? – протянул Гарри. – Знаешь, а я все гадал, почему ты... ну... время от времени я поглядывал вниз и полагал, что ты не получаешь особого удовольствия...
– О, я получал огромное удовольствие. Разве ты не помнишь, как я принимал зелье ранее?
– Для меня это все как в тумане. – Гарри придвинулся ближе. – У меня почти не осталось никаких отчетливых воспоминаний о церемонии. А вот теперь... хм... Я отлично помню все, что происходило со мной в более отдаленном прошлом. – Он нахмурился. – Но вот недавно... Только фрагменты - о нас с тобой. Я что, правда целовал тебе ноги?
Что ж. По крайней мере в его голосе не звучало отвращения.
– Да, – подтвердил Северус и, протянув руку, поиграл продетым в сосок юноши кольцом. – А потом ты принял мою метку. До сих пор больно?
– Немного. Но это хорошая боль. Ну, вроде ранки во рту.
– Не понял?
– Ну, знаешь, когда во рту ранка и ты постоянно трогаешь ее языком?
Нет, Северус не знал.
– Ну, если человек совершенно лишен самодисциплины... – сухо заметил зельевар.
– Да ладно тебе, – перебил Гарри и тут же забеспокоился. – Э... мне позволено так с тобой разговаривать? Может, я обязан проявлять больше уважения?
– Ничего страшного, – успокоил Северус юношу, довольный, что тот вышел из состояния неестественной покорности. – Я хочу, чтобы ты оставался самим собой. Понимаешь?
– Ага. Невероятно, – рассмеялся Гарри. – Годами ты пытался меня изменить, да? С другой стороны, я не уверен, что тогда ты был знаком со мной по-настоящему. И я понимал это, хотя вряд ли мне от этого было легче – ты же был жутко самоуверенным. Что дало тебе основание думать, будто мне свойственны заносчивость и высокомерие? Мой бессмысленный взгляд на самом первом уроке, что ли?
Тон Гарри оставался дружелюбным, но Северуса неимоверно удивил выбор темы разговора. Какой смысл ворошить прошлое? Ведь они начали с чистого листа.
Зельевар все еще размышлял о достойном ответе, когда раздался громкий всплеск и его грудь окатило водой.
Гарри стоял, отплевываясь и тряся головой так, что зеленые капли дугой разлетались по сторонам.
– Я соскользнул со скамьи!
Определенно, настало время повторного «Frictionate».
– Постарайся больше не нырять под воду с головой, – посоветовал Северус, потянувшись к папоротникам за палочкой. Он призвал бальзам, набрал целую пригоршню и принялся смазывать стратегически важные для сохранения равновесия части тела себе и Гарри.
– Мне не нырять? – жалобно переспросил Гарри.
– Лучше не стоит.
– Черт! – с досадой воскликнул юноша. Северус решил бы, что тот издевается, но молодой человек казался искренне расстроенным. – Понимаешь, мне тут пришло в голову, что раз я не могу воспользоваться руками, то мог бы попытаться... ну, тебе отсосать. То есть, кажется, это очень здорово... Хм-м, по-твоему, я поскользнулся именно поэтому? Ну, потому что мне настолько этого хотелось?
Спохватившись, Северус закрыл уже некоторое время приоткрытый рот и попытался проанализировать поведение юноши. Принятое молодым человеком зелье было известно своим галлюциногенным эффектом... однако оно никоим образом не могло вводить соискателя в заблуждение, внушая ложные желания...
– Жаль, что у меня нет жаброводорослей, – нахмурившись, продолжил Гарри. – Было бы прикольно, правда? Я мог бы остаться под водой достаточно времени, чтобы немного поэкспериментировать. Выяснить, например, поместится ли твой член у меня во рту. Он же у тебя просто огромный. Но Добби раздобыл для меня только одну порцию. А жаль, правда?
Северус не верил своим ушам. Гарри не просто проявлял явный... интерес, но так же легкомысленно раскрывал секрет из своего прошлого, который не имел никакого отношения к происходящему сейчас. Тогда зачем он это делал?
– Мои жаброводоросли стащил домовик?
Гарри моргнул.
