– О да. Ты такой умный, – Гарри смущенно поерзал, но, казалось, уже не мог остановиться. – Ты разбираешься в винах и высокой кухне. Да, я понимаю, что это не самое важное в жизни, но все равно... Впечатляет. Быть может, потому что в детстве я ел слишком много тостов. Запивая водой. Ха, я вырос на хлебе и воде.
Сбитый с толку, Северус не знал, как на это отреагировать.
– Если хочешь, я мог бы научить тебя разбираться в еде и винах.
Напрягшись, Гарри пожал плечами.
– Ну, ты же разбираешься во всем этом с самого детства. То есть после того, как переехал от отца, да? Со мной все было иначе.
Северус наклонился к Гарри.
– Ты хочешь научиться?
– Ну да... было бы приятно: заказывая еду, не ощущать себя каждый раз болваном, – кивнул Гарри.
Даже после всех приложенных Северусом в прошлом усилий, чтобы оскорбить и унизить юношу в вопросах, касающихся кухни и вин. Что было нехорошо с его стороны. Теперь зельевар понимал это яснее, чем прежде.
Ради Мерлина, молодой человек рос на хлебе и воде. Северус же издевался над его невежеством в вопросах гастрономии? И зельевар тут же поклялся, что исправится в ближайшем будущем.
Но сейчас ему хотелось услышать больше... и вовсе не о еде.
– Итак... тебя во мне привлекает что-то еще?
Гарри кивнул.
– М-м... ага. Ты разбираешься не только в винах. Ты очень силен в магии. То есть в разных ее областях. Не только в зельях. Интересно, почему Дамблдор никогда не позволял тебе преподавать ЗОТС? Может, потому что хоть ты и много знаешь, но вот преподаватель из тебя никудышный, ты не смог бы научить даже вундеркинда. Впрочем, ты сумел бы отлично на него накричать.
Северус открыл рот, чтобы возразить, но не нашел, что сказать.
– С другой стороны, – беззаботно продолжал Гарри, – у нас никогда не было стоящего преподавателя по ЗОТС. Ну, может быть, кроме Ремуса. Но один год из семи – жалкие результаты. Знаешь, кстати говоря, в этой школе многое нужно изменить. Прорицания – совершенная чушь. Хотя, может быть, это из-за учителя, а не предмета. Ну да, Фиренце был вроде ничего. А уход за магическими существами?! Нет, Хагрид, конечно, классный, но мы же постоянно тряслись от страха на его уроках, гадая, кто же на сей раз окажется съеден, покалечен или...
– Гарри. – Северус выждал, пока юноша повернул к нему голову. – Ты говорил, что тебя привлекает моя магическая эрудиция. Что-нибудь еще?..
– И все эти языки, – в голосе юноши слышалось восхищение. – Даже не представляю, где ты их выучил. То есть явно не в Хогвартсе.
– Просто у меня лингвистические способности. На самом деле, обучение языку занимает не так уж много времени.
– Ага, потому что ты умный.
– Гарри, не вижу причины, почему бы тебе не научиться всему, чему захочешь.
– Ну да, конечно.
М-да, явно настало время придать беседе более легкомысленный характер. Все, что ему хотелось, – услышать пару комплиментов от своего любовника. В его намерения вовсе не входило напоминать Гарри о трудном детстве или заставлять страдать от комплекса неполноценности.
С другой стороны, изначально юноша отреагировал подобным образом, когда они обсуждали члены, верно? Как только он заметил, что размер зельевара превосходит его собственный, то тут же пришел к удручающим выводам относительно своих мужских достоинств. Возможно, это тенденция. Возможно, эта тенденция - пережиток прошлого, наследие из того дома, в котором никто не желал его присутствия.
И только подумать, что Северус когда-то считал Гарри высокомерным.
Нет, определенно, настало время перейти к легкой беседе. Северус придвинулся ближе - так, чтобы их бедра соприкоснулись, и обвил Гарри одной рукой, намеренно задевая плечо юноши прядями волос.
– Кажется, тебе это нравится? Мои волосы?
Гарри рассмеялся.
– Ага, когда они чистые. По-моему, меня вообще влечет к темноволосым. Даже нет, не просто темно... А иссиня-черноволосым. Потому что сначала я бегал за Чо, потом пригласил на Рождественский бал... ой... кажется, потом был кто-то еще?.. Нет, меня определенно влечет к черным волосам, – Гарри поерзал на скамье, окидывая Северуса оценивающим взглядом.
– Что-нибудь еще?
Гарри едва заметно кивнул.
– М-м... да. Мне нравится тебя слушать. Ну, то есть когда ты не совсем грубишь. Дело в твоем голосе, понимаешь? Он такой бархатистый. Как плавленая карамель. Обожаю его. Хм... я и карамель обожаю, кстати. А еще люблю марципаны, рисовый пудинг, пирог с патокой – если, конечно, его не приготовил Хагрид, – а еще мне нравится подходящая по размеру одежда и кока-кола. Хм, нет, кола не нравится. Но никак не вспомню почему. А что, раньше она мне нравилась?
– Да, – мягко подтвердил Северус, который наслаждался внезапной открытостью юноши – Гарри болтал, открывая, не задумываясь, то, о чем Северус никогда бы не догадался сам. – А как тебе нравится проводить время, не считая игры в квиддич?
