Он уладил проблемы Хаффлпафа и помог им распланировать дела, а потом, чувствуя, что это теперь в его власти, созвал всех капитанов на общее собрание, где объявил расписание тренировок. Команды должны быть выбраны и готовы к тренировкам к 28 сентября, сказал Гарри. Каждый вечер с понедельника по четверг он будет работать с одной командой, и занятие будет длиться два часа. Также Гарри попросил капитанов подумать и решить, когда их командам будет удобнее тренироваться: после ужина или сразу же после уроков.
Ни у кого не возникло вопросов. Даже капитан Слизерина проявил желание сотрудничать, хотя и не продемонстрировал такого же уважения, как лидеры Равенкло и Хаффлпаффа, или дружелюбия, как капитан Гриффиндора. У Гарри возникло подозрение, не сказал ли Северус чего-нибудь этакого своему дому. Чего-нибудь о хитрости и коварстве, о том, что нужно воспользоваться всеми преимуществами, которые может дать новый инструктор. И о том, что они не должны упустить квиддичный кубок, пренебрегая указаниями Гарри Поттера исключительно потому, что это Гарри Поттер.
А может, слизеринцы и сами до всего додумались.
В любом случае, сейчас Гарри чувствовал себя намного уверенней. Его даже не слишком волновал тот факт, что ему придется встречаться с Джинни на тренировках команды Гриффиндора.
Итак, сначала обед, а потом он займется сочинениями, которые дал ему на проверку Брайерсон. Впрочем, можно начать проверять их и во время еды, надо только быть осторожнее, чтобы ненароком не заляпать работы. Не первый раз Гарри внутренне порадовался тому, что на выходных ему не нужно присутствовать на трапезах в Большом зале.
Он попросил у домовых эльфов сэндвич с сыром, поджаренный на гриле, не забыв уточнить, что яичницу сверху класть не надо, и засел за работу. Исправлять орфографические ошибки в сочинениях студентов оказалось чрезвычайно утомительным делом. Гарри вздохнул, подчеркивая очередное «в течение». Ну неужели непонятно: «в чем?» — «в течении».
Когда он потянулся за высоким стаканом молока, его запястье уже слегка побаливало.
В этот-то момент Гарри и обнаружил, что еда и проверка сочинений — занятия несовместимые. А еще, что автоматическое перо, избавляющее от необходимости использовать чернильницу, — не роскошь, а суровая необходимость. Уставшая рука непроизвольно дернулась, конечно же, задев бутылочку с чернилами. Красная лужа тут же залила лежащий перед ним пергамент, скрывая и исправления Гарри, и работу ученика.
«Да твою ж мать!» — воскликнул Гарри, быстро смахивая со стола остальные пергаменты. Схватив салфетку, он попытался промокнуть быстро впитывающиеся чернила, но это мало помогло. Не сработало и чистящее заклинание — оно было предназначено для того, чтобы устранять нежелательные пятна, а чернилам самое место на пергаменте.
Гарри начал лихорадочно соображать. Ему нужно было что-то, способное растворить красные чернила, не тронув черные. Растворитель. Что ж, в конце концов, он живет с Мастером зелий — с этой мыслью Гарри метнулся в сторону книжных полок, тянущихся вдоль стен гостиной Северуса. Получасовое исследование дало результат: справиться с проблемой поможет слюна нюхлера.
Не то чтобы у Гарри был большой запас слюны нюхлера, но у Северуса наверняка должно найтись даже такое.
Юноша быстро прошел мимо статуи змеи и дальше по темному коридору в личную лабораторию Снейпа. Как много ящиков... Гарри даже растерялся, не зная, с какого начать. Он быстро обнаружил, что если Северус и следовал какой-то системе, расставляя ингредиенты, то явно не алфавитной. Ну, по крайней мере, все сосуды были подписаны.
Гарри опустился на колени, чтобы изучить содержимое очередного низкого шкафчика, и его челюсть буквально упала от удивления, едва он открыл дверцу. Темное пространство оказалось заполненным аккуратными рядами ярко-красных жестяных банок.
Кока-кола.
Гарри достал одну и покрутил в руках — банка оказалась неожиданно холодной. Намного холодней, чем остальные сосуды, которые он передвигал во время поисков. Очевидно, она была зачарована на то, чтобы оставаться холодной.
Что-то внутри Гарри перевернулось. О боже. Он вспомнил, как Северус однажды принес ему Кока-колу, когда он лежал в постели, восстанавливаясь после лондонского нападения, а он сказал, что даже видеть ее не может. Что было, разумеется, правдой. Но только сейчас до Гарри дошло, что все это означало. Он хотел Кока-колы, эльфы не могли достать для него маггловский напиток, и Северус потратил силы и время на то, чтобы купить ее.
И не одну банку.
Гарри быстро пересчитал. Банок оказалось двадцать три, все холодные на ощупь. Значит, Северус намеревался время от времени баловать Гарри колой. Но Гарри так бурно отреагировал в самый первый раз, что Северус больше никогда не упоминал об этом.
«Я буду удовлетворять все твои потребности, — однажды сказал Северус. — Все».
