— Но считать такую жизнь нормальной ненормально? Я понимаю, о чем ты, — Гарри наклонился ближе, не замечая, что рукавом размазывает подливку на своей тарелке. Ему нужно было донести свою мысль до Гермионы. — Знаешь, что? Сейчас моя жизнь куда нормальнее, чем была все годы до этого. Думаешь, зубочистка в подарок на рождество — это нормально? Или сидеть взаперти без еды? А решетки на окнах? Эта сделка, условия порабощения, тот синопсис... ну да, со стороны все это может казаться какой-то дикостью. Но мы с Северусом научились жить с этим. Прекрасно жить и получать удовольствие.
— Хорошо, хорошо, — Гермиона откинулась на спину стула, всем своим видом показывая, что согласна с Гарри.
— Так что опять нет повода не выпить! Тем более, сегодня канун рождества! — вытащив палочку, Гарри коснулся стола и попросил Frangelico. Этот ликер прекрасно подойдет к... что там на десерт? Гарри уже забыл.
Палочка Северуса уже была у него в руке. Он очистил заклинанием рукав мантии Гарри и тихонько проговорил:
— Тебе не кажется, что уже хватит?
Юноша даже не потрудился понизить голос:
— Вечер только начался!
Рон сдавленно кашлянул.
— Слушай, дружище... Тогда, в лазарете, мне за тебя реально страшно было... Если Северус говорит, что тебе стоит остановиться, то... может, правда хватит? Он же твой... ну, ты сам знаешь.
— Знаю, но он же не распоряжается каждым моим действием. Разве что некоторыми, — Гарри переводил пристальный взгляд с Рона на Гермиону и обратно. — Он относится ко мне как к взрослому человеку. И знает, что я сам могу принимать решения. Я ж не собираюсь делать какие-нибудь глупости, типа сбегать от него. И за это, я считаю, нужно выпить!
Северус еле слышно вздохнул, но поднял бокал. После секундного колебания Рон и Гермиона последовали его примеру.
— За взрослую жизнь! — провозгласил Гарри.
— За ответственное отношение к алкоголю, — чего еще ждать от Гермионы.
— За... ну, за «Пушки», чего уж там.
— За антипохмельное зелье, — очень сухо произнес Северус.
Ха. Тоже мне, юморист. Гарри научился язвить не хуже. Прежде чем прозвучал звон бокалов, Гарри с широкой ухмылкой успел добавить:
— А уж как наебать Podentes — мы завсегда найдем.
— Гарри! — ахнула Гермиона. Но поразило ее вовсе не то, что Гарри ругается. — Думаешь, разумно бросать вызов контракту?
— Разум-шмазум, — отмахнулся от нее Гарри. — Пофиг, главное, чтобы Северус не был против...
— Но я против. Больше никогда не смей так говорить.
Гарри повернулся, чтобы взглянуть на Северуса, и заметил, что зельевар побледнел. Ой. Наверное, говорить это действительно было очень глупо. Но он просто хотел, чтобы друзья поняли — Podentes не имеет власти над их с Северусом отношениями. Северус и Гарри партнеры. Даже если Гарри раб, его жизнь — не рабское существование и никогда им не будет!
— Э-э-э... прости, — сказал он, опуская бокал на стол. Бессмысленный жест — содержимое он выпить успел. — Больше не буду.
Северус коснулся палочкой стола, и появился рождественский торт. Волшебный рождественский торт. Вместо фигурки Санта-Клауса в санях, запряженных оленями, торт украшала высокая фигура Мерлина, постукивающего палочкой по множеству маленьких коробочек. Повинуясь его прикосновениям, они сами собой заворачивались в яркую нарядную бумагу и завязывались лентой.
— Ой, какая прелесть! — воскликнула Гермиона.
— Это-то? — Рон пожал плечами. — Обычное дело. У нас каждый год такой — перед рождеством их в каждой булочной на Диагон-Аллее навалом.
— Некоторым из нас еще не доводилось видеть волшебный рождественский торт, — возразила Гермиона.
— Например, мне, — поддакнул Гарри.
Гермиона пораженно уставилась на него.
— Ты же каждое рождество был в Хогвартсе! Неужели их там не было?
— По традиции их покупают для семейного ужина, — тихо сказал Северус.
Гермиона замолчала, и по выражению ее лица было видно, что она над чем-то задумалась.
Рон же, как обычно, не тратил времени на размышления.
— Семейного?
— Ты бы назвал это по-другому? Давай говорить начистоту. Гарри может быть моим рабом, но мы связаны. До конца жизни. А вы двое — единственные, кого после гибели Джеймса и Лили можно назвать его настоящей семьей.
— Да, именно. Все правильно, — кивнула Гермиона. — Значит, в будущем мы с вами будем видеться намного чаще, да, проф... Северус?
— Полагаю, что да.
Он произнес это так, словно перспектива дальнейших встреч с друзьями Гарри ужасала его, но Гарри не сомневался, что Северус просто притворяется. Юноше ужасно хотелось поцеловать своего любовника за такой подарок.
Правда, он боялся, что стоит ему расслабиться, он тут же заснет. Он уже с трудом удерживался от зевка.
— Я думал закончить вечер глинтвейном, — сказал Северус, поднимаясь, — но прибережем это на другой раз.
Гермиона поняла намек. Он тоже встала и обратилась к Северусу:
— Спасибо за великолепный вечер. И спасибо, что пригласили нас. Позвольте ответить тем же и позвать вас с Гарри к нам на ужин.
— С этим придется подождать, пока не исчезнет угроза со стороны Темного Лорда.
— Да, конечно. Я понимаю.
