– Да, но ты же не можешь ничего обещать. – Гарри ткнул вилкой в рыбу сильнее, чем намеревался. – Кроме того, чертово заклинание может заставить тебя делать всякие ужасные вещи, это ясно.
– Этого может и не произойти, и не произойдет, если ты подчинишься мне как следует.
– Ну да, – протянул Гарри, отпивая сок. – И все же параллель с Cruciatus оказалась чрезвычайно полезной – ведь я видел, как ты применял его много раз, то есть ты уже привык причинять боль.
– Я не...
– Значит, это будет Cruciatus? – прервал Гарри. – Для ритуала, когда ты должен причинить мне боль?
Северус побледнел.
– Конечно нет!
Гарри доел рис, бросая на него сердитые взгляды.
– Ну, я знаю, как он тебе хорошо удается, и, учитывая, что ты его упомянул, то я решил, что это было намеком, Северус.
– Я пытался, – процедил Снейп, – объяснить тебе Темную магию и почему мы должны относиться к Podentes со здравой долей уважения!
– Ну ладно, я недопонял, – признался Гарри, демонстративно положив вилку в центр тарелки. – Гм. Так как насчет десерта? Или же это срабатывает только для тебя?
– Домовые эльфы не привыкли к тому, чтобы я делил с кем-либо трапезу, – рассеянно заметил Снейп. Значит, юноша решил, что во время проведения ритуала его ожидает Crutiatus?.. Сложно сказать, что больше ужаснуло Северуса: то, что это вообще пришло Гарри в голову, или то, с какой легкостью он с этим смирился… Конечно, Гарри уже приходилось испытывать на себе Crutiatus, – но ведь именно поэтому подобная перспектива должна была бы возмутить юношу...
– Так что? – настойчиво переспросил Гарри. – Как ты собираешься причинить мне боль?
– Я пока не решил. – Северус положил вилку на тарелку – и перед ними появились небольшие порции шоколадного мусса. – Думаю, это будет что-нибудь связанное с кровопусканием. Так или иначе, нам понадобится твоя кровь для зелья, которое я выпью во время ритуала.
Гарри нахмурился.
– Последний раз, когда у меня брали кровь во время ритуала, – это было…
– Возрождение Темного Лорда, я в курсе. Не знаю, утешит ли тебя это, но мне понадобится всего несколько капель. Можешь не опасаться зверских пыток. Суть Podentes не в этом.
– А вдруг частое применение Crutiatus повлияло на ва… твои наклонности? – осторожно спросил Гарри. – То есть… ну, вообще-то я не стал бы задавать таких вопросов, но ты сам написал, что только идиот не понимает, какой эротичной бывает боль. Интересно – это то, что тебе нужно в постели? Причинять боль?..
– Нет, – выдохнул Северус, попрощавшись с аппетитом. Чертовски неприятно, что юноша так думает, – но объяснимо: Гарри наблюдал за собраниями Упивающихся Смертью и имел семилетний опыт на уроках зельеварения. Северус понимал, что его поведение в классе заставляло думать о нем как о законченном садисте.
– То есть, ты утверждаешь, что на тебя не повлияло частое использование непростительных? – издеваясь, спросил Гарри.
– Нет, не утверждаю.
– Но не так? – уточнил Гарри. – А как именно?
Северус поморщился.
– У меня не возникло непреодолимое желание бросаться проклятьями направо и налево – хотя в процессе я не могу не демонстрировать требуемую… готовность сделать это. – Так же как самому Гарри придется продемонстрировать желание во время инициации. – Думаю, их употребление делает меня… агрессивнее, злее.
– Но при этом ты уверен, что не смешиваешь боль с удовольствием, – констатировал Гарри – в его утверждении явственно звучало сомнение.
– Наелся? – внезапно сменил тему Снейп и, терпеливо дождавшись утвердительного кивка Гарри, поднялся на ноги. Огонь свечей высветил решимость на его лице. – Отлично. Последние несколько минут тебя занимала тема боли, но, если ты помнишь, наша сегодняшняя задача – достижение удовольствия. Предлагаю начать. Дай мне знать, если почувствуешь, что я переступаю границу между этими двумя понятиями.
Гарри, не испытывающий страха никогда и ни перед чем, тоже встал, пробормотав при этом: «Я бы, пожалуй, предпочел Crutiatus». После этого он произнес уже громче:
– Значит, сейчас между нами не произойдет ничего… слишком интимного? Во всяком случае, пока?
– Верно. Ступай в гостиную, Гарри.
– Я не хочу тебя целовать…
– Гарри! Помолчи. И все будет хорошо.
Повернувшись, Северус покинул импровизированную библиотеку, вынуждая юношу следовать за собой.
Гарри не мог заставить себя сдвинуться с места. Как ни старался, он просто не представлял себе, что сейчас войдет в гостиную Снейпа и начнет заниматься… тем, для чего ему не удавалось найти подходящего слова.
Дело было даже не в том, что Снейп был таким уж страшным. Конечно, этот человек был язвительным, грубым, резким и чертовски устрашающим – но по-настоящему Гарри его не боялся. Проблема была в самой ситуации – в ожидании того, что Гарри придется делать из-за Podentes.
И не только ему, конечно. Снейп оказался в той же самой ловушке – и откровенно признавался в том, что требования пророчества его не радуют.
