– Ну, возможно, кое-что я смогу объяснить, – уступил Снейп. – И объясню, Гарри. Я уже упоминал, что изобрел заклинание, которое должно облегчить нам задачу. Оно называется Sensatus. Важно, чтобы ты понял, что возможно и что невозможно с его помощью, – так что слушай внимательно.
Гарри кивнул, не отрывая глаз от огня. Его пальцы были так долго стиснуты в кулаки, что начали болеть.
– В сущности, Sensatus поможет тебе сосредоточиться на ощущениях. Это не Obliviate – и ты не забудешь о моих ласках, однако какое-то время тебе будет неважно, кто тебя касается, тебя будут волновать сами прикосновения. При этом заклинание не навязывает чувства, а лишь помогает их осознать, если ты меня понимаешь.
– Если честно, то не очень, – признался Гарри.
– Sensatus не введет тебя в заблуждение, – пояснил Снейп. – Но и меня обмануть оно тебе не позволит. Сосредоточение на ощущениях заставит тебя откровенно реагировать на мои ласки.
– Сейчас умру от нетерпения, – проворчал Гарри. – Ну, других вариантов, я так понимаю, нет, так что давай, применяй это свое заклинание.
– Только когда в нем возникнет необходимость.
– Думаю, она возникнет еще до того, как ты… ну, что бы ты ни начал делать.
– Нет, вот так сразу не возникнет. Я применю его, когда посчитаю, что оно тебе поможет. Но, Гарри, действовать оно будет недолго и лишь на ограниченном участке. И еще, я бы предпочел, чтобы ты сам просил повторить его, когда сочтешь нужным.
Гарри вздохнул:
– Договорились.
– Ну что ж... – Снейп протянул руку – его палочка вспыхнула, огонь в камине уменьшился вдвое и комната тут же погрузилась в глубокий полумрак. Гарри услышал за спиной шепот Снейпа: «Accio крем».
– Представь себе ситуацию, – продолжил зельевар. – Примени воображение: твои мышцы ноют и болят после квиддичного матча, тебе нужен хороший массаж. – Руки, увлажненные кремом, скользнули юноше под свитер и легли на лопатки. Гарри невольно напрягся – даже не потому, что осознавал, кто именно его касается. Дело было и в креме – теплом, как растопленное масло, – при том что руки Снейпа были прохладными. Такое сочетание его жутко нервировало, и Гарри вздрогнул.
– Ш-ш, – успокаивающе произнес Снейп. – Это просто массаж.
– Я знаю! Черт, да ты вообще представляешь, что я воображал себе весь день? Неужели нельзя было сказать, что это будет просто массаж?! – вспылил Гарри.
– Это было бы неверно, – слегка усмехнулся Снейп, проводя ногтями по коже Гарри.
Значит, будет что-то еще? Гарри громко застонал – и тут же прикусил губу, надеясь, что его стон нельзя было принять за признак удовольствия.
– Расслабься! – приказал Снейп. – Ты слишком напряжен. Квиддич, помнишь? Ничего интимного – просто руки на твоей спине. – Гарри дернулся от прикосновения и услышал позади вздох. – Ну, притворись же, ради Мерлина! Это важно – чтобы ты позволил мне к себе прикасаться.
Это было хоть и неприятной, но правдой, поэтому Гарри начал стараться. Он ведь даже сидел в подходящей для медитации позе – хотя никогда раньше не пытался расслабиться, чувствуя, как чужие руки гладят его спину. Он начал глубоко дышать: вдох носом, выдох ртом, ощущая, как напряжение растворяется с каждым целительным глотком воздуха. Эта процедура была Гарри отлично знакома – не зря же он каждый вечер повторял ее в постели перед сном, очищая сознание. Он продолжал размеренно дышать, чувствуя, как мысли становятся все более туманным и расслабленными и не то чтобы исчезают совсем, но почти… Примерно так Снейп и описывал Sensatus, лениво подумал Гарри. Он знает, кто до него дотрагивается, но ему плевать. Сравнение с квиддичем оказалось удачным: когда после матча Гарри чувствовал боль во всем теле, ему было все равно, кто его массировал. Вот и сейчас… Руки Снейпа, большие и сильные, умело разминали мышцы; длинные пальцы так глубоко вжимались в шею и позвоночник, что он чувствовал, как превращается в податливую массу. Так хорошо… Этот человек определенно знает толк в массаже. И этот крем… Ах! По-прежнему теплый, теперь он, казалось, проникал в кожу, впитываясь в мышцы. Гарри чувствовал запах клевера, хотя по ощущениям крем был похож скорее на мятный – он пощипывал и освежал, одновременно расслабляя мышцы.
– Готов поспорить, что бальзам – твоего приготовления, – сонно пробормотал Гарри, все еще продолжая глубоко дышать – но уже не осознавая этого. Руки Снейпа забрались выше и легли на плечи, разминая их круговыми движениями. – Э… он волшебный?
– Не совсем. – Пальцы Снейпа уже находились у основания шеи и медленно скользили по верхним позвонкам. Гарри с шумом втянул воздух, выдавая удовольствие, – и тут же снова напрягся, после чего ему пришлось опять напомнить себе о глубоком дыхании.
