Медленные поцелуи в шею больше не казались нежными. Снейп яростно сжимал его обеими руками, прохладные губы взасос втягивали чувствительную кожу в жар рта, язык искусно ласкал сухожилие Гарри до тех пор, пока тот не потерял сосредоточенности на дыхании и забыл выдыхать, делая короткие вдохи, хотя его легкие уже были наполнены до упора. Губы перешли к его лицу, скользя по скуле, и коснулись уголка рта.
Напряжение уже было невозможно выносить. Гарри утратил самоконтроль и начал вырываться.
– Хм, значит я поторопился, – каким-то странным тоном пробормотал Снейп – словно сожалея. Но ведь это было вполне логично, не так ли? Он же сказал почти прямым текстом, что предпочитает поскорей с этим покончить и что ему трудно все время делать это приемлемым для Гарри. – Ну, расслабься же. – Гарри не повиновался, и он жестко заявил: – Между прочим, это был приказ. Попытайся подчиниться.
Гарри послушался, закрыв глаза и облокотившись на Снейпа, и тот снова начал покрывать его шею поцелуями и перебирать волосы, поглаживая пряди сверху вниз, сверху вниз...
Внезапно все оборвалось; Снейп рывком поднял его на ноги, всучив мантию с презрительным:
– Мог бы и применить очищающее, перед тем как садиться на грязный пол.
Торопливое заклинание... возможно, на хиндустани – Гарри не был уверен, – и Снейп уже тащил его через появившийся вход, не отпуская рукава до тех пор, пока они не добрались до гостиной. Зельевар подтолкнул его к камину с ворчливым: «Ну, значит до завтра».
Гарри переступил с ноги на ногу, слегка оцепенев – очень уж резко от медленных, ласкающих поцелуев они перешли к практически «пошел вон».
– Э... мои учебники, – пробормотал он, ощущая себя полным идиотом. – Я оставил их в...
– О, ради Мерлина! – взорвался Снейп. – Вот прилип как смола!
– Ну, просто скажи мне пароль, и я заберу их сам, – огрызнулся Гарри.
– Это заклинание, а не пароль, идиот, – проворчал Снейп. – Ты что, не видел стража?
– Змею?
– Семь лет провел в Хогвартсе – и так и не научился отличать стража от произведения искусства?
Гарри, скрипнув зубами, решил, что поведение Снейпа может иметь только одну причину. Очевидно, там, в темном туннеле, мужчине было чрезвычайно неприятно обнимать его и обращаться с ним чуть ли не с нежностью.
– Ну так научите меня заклинанию, – рявкнул он, – чтобы я смог взять книги и убраться восвояси, сэр!
– СЕВЕРУС!
– Скорее козел! – огрызнулся Гарри и немедленно пожалел об этом. Как только слово вылетело у него изо рта, глаза зельевара сверкнули такой угрожающей яростью, что, хотя Гарри и не знал, что собирался сделать Снейп, он был уверен, что это ему не понравится.
«И я не ошибся», – решил Гарри, когда мужчина прижал его к висящему на стене гобелену – так же, как делал это раньше в лаборатории, только на сей раз Снейп не прижимал его руки к бокам и не покусывал ухо. Мужчина пригвоздил обе его руки над головой, так что ковровая ткань впилась в кожу, и поцеловал его в губы, причем вовсе не нежно. Его губы, с эффективной помощью зубов, силой вынудили рот Гарри открыться, и зельевар буквально пожирал его; жар и злость накрыли их обоих, когда он прижался к Гарри всем телом, заставляя повиноваться.
В течение десяти или пятнадцати секунд Гарри не дышал и едва соображал, хотя какие-то далекие закоулки его мозга шептали: «Словом «мокро» такое уже не опишешь, верно?» Определенно, нет. Скорее, «горячо». Или «всепоглощающе»...
Однако долго ему об этом думать не пришлось, потому что миг спустя поцелуй прервался, Снейп отступил и взмахом руки разгладил одежду, словно стряхивая паразитов. Подняв голову, он презрительно скривился – в его глазах читалось отвращение. И выплюнул:
– Вот, значит, что ты понимаешь под «смирением»? Забрасывание меня оскорблениями?
Так вот в чем был смысл поцелуя. Очередное наказание. У Гарри возникло необъяснимое желание броситься на пол, позволив тому поглотить себя. Ну наказание.... подумаешь. Он же не ответил на поцелуй. Вот это было бы действительно унизительно. Гарри выпрямился у стены, рефлексивно потирая запястья и осматривая, не осталось ли на них следов там, где Снейп впивался пальцами.
– Ты же постоянно меня обзываешь, – стараясь сохранить спокойствие, отозвался он.
– Неужели ты, полагал, что наши взаимоотношения предполагают равенство? – ухмыльнулся Сенйп.
Гарри мысленно посчитал до десяти. Затем до двадцати и заставил себя представить то место, куда его постоянно уносили сны.
– Нет, Северус.
Снейп подозрительно взглянул на него, но Гарри не отвел усталого взгляда.
– Подожди здесь, – наконец сказал зельевар и вышел, вскоре появившись со стопкой книг и пергаментом, которые и всучил Гарри. – Иди.
Гарри кивнул и ступил в камин.
Если бы Гарри предвидел произведенный фурор, то не стал бы снимать мантию-невидимку в гриффиндорской гостиной. Рон заулюлюкал одним из первых.
– Только посмотрите, – издевался он. – Галстук на боку, рубашка полурасстегнута, мантия в грязи... И где это ты шлялся, Гарри?
