Порой Ясвэл сочувствовал Хранителю. Получить в наследство первозданную силу Тьмы и Хаоса, а вместе с ними и ненасытного зверя, жаждущего крови и разрушений, с которым придется бороться всю оставшуюся жизнь. А стоит сорваться лишь раз – и Триада посадит тебя на цепь, навечно вручив твою жизнь в руки того, кто занимает пост главы защитников.
Пожалуй, хуже этой участи может быть только рабство.
«Вообще, я собирался лично передать её Весте, в знак добрых намерений, – объяснил Ясвэл, прогоняя лишние мысли. Вот чего-чего, а чужую жалость и сочувствие Хорд терпеть не мог. – Девчонка мне не доверяла, продолжала нервничать и подозревать, что я что-то задумал. Я подумал, что если отдам компромат на её наставника, то развею эти сомнения».
«Но в архиве вы поступили совсем по-другому», – недовольным тоном напомнил Хорд.
Он-то рассчитывал, что наглого соперника тут же спеленают, а наиссу не только позволили в документах порыться, но и беспрепятственно отпустили.
«Перед боем нужно знать, на что способен союзник, – Ясвэл тряхнул головой, прогоняя видение и возвращаясь в свой кабинет. Снова взял в руки папку с испорченными документами и задумчиво хмыкнул. – И эти ребята меня приятно удивили».
Изворотливые, сообразительные, умеющие работать в команде… и главное – не боящиеся запачкаться и переступить закон. Игра на гране поражения – только так и можно скрутить Мальда и Сакору Рагоров.
При упоминании родственников менталист с предвкушением оскалился. Когда речь заходила о семье, Хорд Рагор забывал не только о гордости, но и был готов с легкостью пожертвовать способностями, даже жизнью, лишь бы свернуть им шеи. Слишком сильно он их ненавидел. За то, что уничтожили репутацию семьи, навсегда заклеймив себя преступниками и предателями. А вместе с тем и всех, кто имел хоть какое-то отношение к Рагорам. Не повезло даже бастарду, который узнал о своей связи с проклятой семьей, когда источник силы Города признал его новым Хранителем.
Ясвэл затянул расшитый золотом пояс главы защитников, после чего накинул на плечи белый плащ. Закрепив жезл на поясе, подхватил папку и неспешно направился к дверям кабинета.
Хорд сказал, что сразу не понравился Весте. Та очень пристально и насторожено его разглядывала, всем нутром чуя подвох. Но девчонке не хватило способностей и опыта, чтобы докопаться до истины. И понять, что перед ней – дальний родственник Рагоров.
Что ж, оно и к лучшему. Сейчас эта правда все испортит.
«Когда мы поймаем Мальда и Сакору, защитники все равно их не отдадут», – продолжил ворчать менталист.
«Защитники – нет, – Ясвэл запер кабинет, на всякий случай бросив на канву защитного плетения ещё несколько маячков, и поспешил в комнату для переговоров. – А вот с Небесным замком можно и поторговаться. Уверен, мы с Эллером сможем договориться о цене, за которую змеи согласятся продать Рагоров».
Враг моего врага – мой если не друг, то как минимум надежный союзник. Такой подход использовали и уважали не только в Городе, но и в Небесном замке.
Ясвэл невольно усмехнулся.
У темных магов и светлых наисс больше общего, чем кажется на первый взгляд.
«Это не мое дело, но… если бы Ришалин приняла ваше предложение, вы бы действительно уступили свой пост?»
Вопрос Хорда застал защитника врасплох. Он невольно замедлил шаг, бросив рассеянный взгляд на белый плащ. Но быстро тряхнул головой, не позволяя честному ответу даже мелькнуть в мыслях.
«Ты верно сказал, Хорд. Это не твое дело», – холодно отрезал Ясвэл, ясно давая понять – продолжать этот разговор он не хочет.
Веста ши Онер
В себя я пришла со зверским желанием кого-то убить. Или хотя бы покалечить. Не особо серьезно, чтобы не лишиться союзников, которые в нынешней сложной и опасной ситуации были на вес золота.
Но стоило открыть глаза и попытаться подняться, как кровожадным планам пришел конец. На меня накатила такая волна усталости, что пришлось с тихим стоном рухнуть обратно в кровать.
Так, похоже, я немного погорячилась, и идея Ви… кхм, Авэма была не так плоха.
– Как самочувствие, одуванчик? – невольно подскочила от глухого голоса, вдруг прозвучавшего над ухом, и окинула комнату цепким взглядом.
Рассмотреть обстановку не получилось – огромную кровать, на которую меня и уложили, со всех сторон закрывали длинные, полупрозрачные занавески. Только прищурившись, разглядела темный силуэт мужчины, похоже, сидевшего в кресле справа от меня. Словно сиделка у кровати больного, честное слово.
– Боевое, – прокряхтела, пытаясь приподняться на локтях и найти шнурок или что-то вроде него, чтобы отдернуть занавески.
Задачка оказалась не из простых – спеленали меня на совесть, то ли боясь, что ночью я замерзну, то ли что куда-то сбегу. Тяжело вздохнув, завозилась на простынях, пытаясь выбраться из плотного кокона. Усталость и дикая боль во всех мышцах только усложняли мое и без того незавидное положение.
Хорошо же мне аукаются вчерашние приключения. Страшно представить, что было бы, если бы Авэм меня не усыпил.
