Я снова мчусь средь волн; я снова в море.Как конь, что верен всаднику, волнаПокорна мне, бушуя на просторе.[129]Куда б меня ни принесла она,Ей шлю привет! Пусть будет смят грозоюМой парус, все ж я понесусь вперед!Я в этом сходен с порослью морскою:Разъединясь с родимою скалою,Она несется в даль по воле бурных вод.III.Я жертву добровольного изгнаньяВ дни юности воспел. С моей душойСроднилось это мрачное созданье;Так ветер гонит тучу пред собой.Я в жизни испытал страданий много;Остывших слез и дум тяжелых следВ поэме скрыт; теперь моя дорогаИдет пустыней мрачной и убогой,Где властвуют пески, но где растений нет.IV.Я, может быть, узнав волненья страсти,Узнав тяжелый гнет душевных мук,Над лирой не имею прежней власти,Но все ж ее не выпущу из рук.Я буду петь, стремясь найти забвенье,Мою тоску стараясь заглушить;Увы, быть может, эти песнопеньяЛишь мне доставят только наслажденье,Все ж буду рваться к ним, чтоб их благословить.V.Кто жизненных тревог вкушал отравы,Кто одряхлел от горя, не от лет,Кто чужд любви, не гонится за славой,Кого не удивит коварством свет,Чье сердце честолюбьем не согрето, —Тот знает, как в тайник своей душиЗаглядывать отрадно; в блеске светаВитают там создания поэта,Что полны дивных чар и вечно хороши.VI.Мы в образы и формы облекаемСоздания фантазии своей,Сливаяся с волшебным мысли краем,Чтоб создавать и чувствовать сильней.Что я? – ничто; но ты, мой дух незримый,Ты проникаешь всюду. Я с тобойВитаю в царстве грез. В мой край любимыйВхожу, тяжелой горестью томимый:Я здесь утратил все, а там живу мечтой.VII.Но мыслям слишком много я простораДавал. Такая их одела мгла,Что череп мой не вынес их напора,И принял вид кипящего котла.Я сдерживать не мог порывов страстиВ дни юности. Тем жизнь я отравил;Могу ль теперь не признавать их власти?Все ж изменился я: судьбы напастиБез ропота сносить я не лишился сил.VIII.Довольно о былом; печать молчаньяНаложим на него. Гарольд опятьПред вами. Все гнетут его страданья,Но дням его не в силах угрожать.Увы! Гарольда время изменило.[130]Кого ж оно щадит? Когда оноПроносится, нас покидает сила,В нас гаснет мысль, лишась былого пыла…В бокале у краев лишь пенится вино.IX.Свой кубок осушить признав за благо,Гарольд на дне его полынь нашел;Теперь фиал наполнив чистой влагой,Он думал, что уйдет от прежних зол;Но цепь его незримая давила,Хотя оков не раздавался звон;Былой тоски не уменьшалась сила;Куда б нога Гарольда ни ступила,С прошедшей мукою все сталкивался он.X.
