Перед Гарольдом Франции могила,Кровавая равнина Ватерло;Здесь в час один судьба орла сгубилаИ развенчала славное чело.Он, с высоты спустившись, с силой новойКровавыми когтями землю взрыл,[133]Но смял его напор врагов суровый…Он пал, влача разбитые оковы,Что им сраженный мир с проклятьями носил.XIX.Заслуженная кара!.. Но свободыНе знает мир, – как прежде, он в цепях;Ужель лишь для того дрались народы,Чтоб одного бойца повергнуть в прах?Прочь рабства гнет! Сольются ль с светом тени?Покончив с львом, сдадимся ль в плен волкам?Ужель, среди хвалебных песнопений,Пред тронами падем мы на колени?Нет, расточать грешно напрасно фимиам!XX.Коль мир, восстав, не мог достигнуть цели,Что толку в том, что пал один тиран?Вотще лилася кровь, вотще скорбелиИ матери, и жены, – жгучих ранЕвропа не излечит, если годыОна страдала даром… Славы лучТогда лишь может радовать народы,Когда сплетен с оружьем мир свободы, —Тем меч Гармодия был славен и могуч.[134]XXI.Бельгийская столица ликовала;[135]Гремел оркестр, шумящий длился бал;[136]Красивых дам и воинов сновалаНарядная толпа средь пышных зал.Отрадою дышали разговоры;Веселый смех звучал со всех сторон;Когда ж, пленяя слух, гремели хоры,Любовь сулили пламенные взоры…Вдруг прозвучал вдали какой-то скорбный стон.XXII.Вы слышите? – то ветра вой печальный,То шум колес о камни мостовой…За танцы вновь! Пусть длится говор бальный,Забудем сон для радости! С зарейВеселия покинем мир кипучий!Чу! снова раздается мрачный зов,Которому как будто вторят тучи.Все ближе, громче этот зов могучий…Скорей к оружью все! То пушек грозный рев.XXIII.Брауншвейгский герцог первый этот грохотУслышал.[137] Злым предчувствием томим,Он вскрикнул: «Грянул бой!» но встретил хохотЕго слова, – никто не верил им.Однако ж, гула понял он значенье;Его отца такой же выстрел смял.В его груди проснулась жажда мщенья:Отваги полн, он бросился в сраженьеИ, впереди несясь, пронзенный пулей, пал.XXIV.В смятеньи все; из глаз струятся слезы;Ланиты дам, что рдели от похвал,Поблекли в миг один; судьбы угрозыВ уныние повергли шумный бал.Средь вздохов слышны трепетные речи;Последний, может быть, звучит привет;Влюбленные дождутся ль новой встречи?Как это знать, когда кровавой сечейВенчает ночь утех таинственный рассвет?XXV.
