Пусть царства постигает распаденье,Забудет мир – настанут времена —Рабов, тиранов, смерть их и рожденье,Но не умрут такие имена.И доблесть, горней высоте равна —Переживет в бессмертии страданье,И встретит солнце чистою она,Как на вершинах Альп – снегов блистанье[160]Не тающих во век, чистейших в мирозданье.LXVIII.Гладь озера манит хрустальным ликом,Тем зеркалом, где образ звезд и горВесь отражен в безмолвии великом,Заполонив прозрачных вод простор.Чтоб этой мощью любоваться взорКак должно мог – уединиться надо,[161]Расширив дум заветных кругозор,В которых крылась для меня отрадаПока не сделался и сам я частью стада.LXIX.В том нет вражды, чтоб от людей бежать,Не всем делить труды их и волненья,И не презренье в том, чтоб погружатьСвой дух в его родник, – не то в своем кипеньеОн хлынет через край. С толпой общеньеДух заражает суетой сует,И он томится с чувством сокрушеньяСреди борьбы, в которой сильных – нет,И злобно муками за муки платит свет.LXX.И мы заплачем кровью, не слезами,Раскаяньем томимы роковым,Года, вдали лежащие пред нами —В тоске оденем сумраком ночным.Бег жизни бегством безнадежным станет;Те устремятся к гаваням своим,Чей дух смелей, но по морям чужимКорабль других носиться не устанетИ он нигде в пути на якоре не станет.[162]LXXI.Не лучше ль без людей жить на земле,Любя ее одну? Где мчится Рона.Лазурная,[163] подобная стреле,Близ озера прозрачного, чье лоноПоит ее, лелея неуклонно, —(Так детский плач заслышавшая матьДитя свое ласкает умиленно), —Там вне раздоров мирно прозябать —Не лучше ль, чем других губить иль погибать?LXXII.Не сам я по себе: во мне частицаПрироды всей, мне радость – выси гор,Мучительна – жужжащая столица.Ничто вокруг не оскорбляет взор.И лишь в одном я нахожу позор:Звеном в животной цепи быть противно,Меж тем, как рассекая волн простор,Наш дух стремится к небу непрерывно,Со звездами его сливаясь неразрывно.[164]LXXIII.Лишь в этом – жизнь. Мне кажется былоеПустыней людной, где был осужденЗа грех, что мной когда-то совершен —Я на борьбу и на мученье злое.На юных, мощных крыльях вознесенТеперь я вновь; как грозный вихрь пустыниПолет их смел, и с ним поспорит он:Оков холодных и подобных глинеОн сбросит мертвый гнет, нас тяготящий ныне.LXXIV.Когда освободится дух навекОт оболочки – жертвы поруганья,Когда с плотским покончит человек —Счастливящим червя существованье,Когда произойдет стихий слиянье,Прах станет прахом – больше теплотыНе встречу ль я и менее сиянья?Ту мысль, тот дух бессмертной красоты,К которым приобщить стремятся нас мечты?LXXV.
