Двойная тьма – незнанья и вековДо наших дней окутывает зренье.Там ощупью для медленных шаговМы ищем путь. Морского дна строенье,Далеких звезд известно нам движенье, —На все лучи наука щедро льет,А в Риме – тьма! Там всюду затрудненье.Порой кричим мы: «Эврика! Вперед!»,Когда мираж руин пред нами вдруг блеснет.LXXXII.О, гордый Рим! Увы! Куда сокрылисьТвои триумфы?[208] Острый где кинжал,Которым лавры Цезаря затмилисьИ Брут себе бессмертие стяжал?Вергилий спит. Твой Туллий замолчал.А вы, страницы Ливия живые!Лишь из-за вас о Риме мир узнал…Свободы римской годы золотые,Из мира унесли вы взоры огневые…LXXXIII.Великий Сулла! Баловень богов,[209]Ты захотел от гнева удержаться,Пока не смял отечества врагов.От мстителей умел ты уклоняться,Пока не увидал своих орловНад Азией. Движением бровейТы заставлял сенаторов смирятьсяТы был чистейший римлянин тех дней;С улыбкой мира ты сложил венец своейLXXXIV.Диктаторской могущественной власти.Ты думал ли, что горький миг придет,И славы трон рассыплется на частиИ гордый Рим от варвара падет?Твой вечный Рим, твой доблестный народ,Чьи воины победы только знают,Кто тень свою на землю всю кладет,Чьи крылья мир широко обнимают,Кого властителем вселенной называют!LXXXV.Коль Сулла был славнейшим средь вождей,То Кромвель наш был гений похищенья.Сенатов власть, престолы королейНа плаху он бросал без сожаленья.Бандит бессмертный! Морем преступленьяТы заплатил за власти дивный миг!В его судьбе сокрыто поученье:Двойной победой он венца достиг,И в тот же славный день его конец постиг.[210]LXXXVI.Им третьего достигнута коронаИ третьего же должен был сойтиВ могильный мрак он с царственного трона.Нам в этом рок открыл свои пути;В его глазах нам не к чему идтиЗа славою, в борьбе изнемогая:Достойней смерти блага не найти.Когда бы жили с мыслью мы такою,То и судьба людей была б совсем иною.LXXXVII.О, статуя! Виднеешься однаТы в наготе божественной пред нами.Смерть Цезаря была тебе видна.[211]Пронзенный здесь коварными мечами,Он оросил кровавыми ручьямиТвои ступени, в тоге скрыв черты,Взят Немезидой, правящей богами.Ужель он мертв? Помпей, иль мертв и ты?Любимцы ль вы богов иль дети суеты?LXXXVIII.О, славная волчица! Матерь Рима![212]Опалена стрелою громовой,Ты средь дворца стоишь, несокрушима,И чудится, – доселе город твойПитается сосцов твоих струей.Ведь через них ты Ромулу сумелаДух передать неукротимый свой.Ты от перунов грозных почернела,Но к милым детям долг забыть не захотела.LXXXIX.
