Да, это так, но их уж нет в живых,Уж дни людей железных закатились,И города стоят на прахе их…Успехом их потомки соблазнились,Перенимать приемы их пустились, —Но подражать в величии отцамБесславные сыны не научились…Все, кроме одного. Виной он самТому, что ныне стал слугой своим рабам.ХС.Манил безумца славы призрак ложный.Но с Цезарем сравниться не успелЕго побочный сын, тиран ничтожный.Нет, в Цезаре иной огонь горел;Умом он страсть обуздывать умел,С божественным инстинктом уклоняясьОт нежных вздохов для великих дел.То, как Алкид он, прялкой забавляясь,У Клеопатры ног сидел, то вдруг меняясь,XCI.Он приходил, смотрел и побеждал.[213]В другом же боги странный нрав создали…Он приручить своих орлов желал,Чтобы они как соколы взлетали.Но хоть войска победный лавр познали,Хоть не был раб он сердца своего, —Тщеславье, гордость, все в нем отравляли.В чем цель была конечная его?Он верно сам о том не знает ничего.ХСІІ.Хотел он быть ничем или всем. С толпоюОн не желал могилы скромной ждать.Он с Цезарем на миг слился судьбою.Ужель затем, чтобы этот миг узнать,Решил он реки крови проливать?Настал потоп всемирный! Где спасенье?Надежного ковчега где искать?Не утихает волн ожесточенье…Дай, Боже, радугу! Пошли нам примиренье.ХСІII.Где видим мы ничтожной жизни плод?Круг чувств так мал, слаб разум сиротливый,А правды перл – на дне глубоких вод.Дни коротки, и свой безмен фальшивыйСует во все обычай прихотливый.Лишь мненье света – бог. И в этой мглеМешаем ложь мы с истиной стыдливой,И мысль свою, с смущеньем на челеМы душим, мрак боясь рассеять на земле.ХСІV.А люди все, в убожестве беспечномИз рода в род, сквозь длинный ряд вековБредут, гордясь ничтожеством сердечным.В сынах живет безумие отцов, —Наследие, достойное рабов.Они порой в борьбе изнемогают,Но лишь не для свободы, – для оков;Друг друга кровь на сцене проливаютГде листья их родных побегов увядают.ХСV.Религии я не коснусь совсем.С Творцом своим душа в ней может слиться.Я говорю о том, что видно всем,Что пред глазами каждого творится:О том ярме, что на плечи ложится, —О кознях тирании. Ведь онаТеперь того изображать стремится,На троне кем была потрясена.Увы, не этим лишь рука его славна…XCVI.Иль никогда уж гнет цепей народныхНе будет сброшен доблестным бойцом?Иль нет сынов свободы благородных,Как тот герой, на берегу крутомКолумбии, когда она с мечомЯвилась нам, как новая ПалладаО, Вашингтон! Ужель геройство в немРодил лишь лес да говор водопада?Ужель подобного у нас не скрыто клада?XCVII
