Когда ж луна над городом встаетИ в небесах зенита достигаетИ свой печальный свет оттуда льет;Когда звезда сквозь трещину мерцаетИ в тишине зефир ночной играетДушистою гирляндою цветной,Что стены те, как Цезаря, венчает;[227]И всюду свет, печальный и простой —Герои там встают, что дремлют под землей.CXLV.«Рим с Колизеем связаны судьбою:[228]«Падет один, коль рушится другой,«В паденье ж Рим – мир увлечет с собою».Произнесен здесь приговор такойПришельцами из Англии родной.Живут еще пока все три творенья:Жив древний Рим с бессмертной красотой,Жив Колизей – искусств произведенье,Жив старый грешный мир – обитель преступленья.CXLVI.А ты, простой, но величавый храм,[229]Святой алтарь, суровый, но прекрасный,Где возносились жертвы всем богам.Один лишь ты стоишь спокойный, ясный,А род людской вокруг, в борьбе напраснойВолнуется, на гибель обречен…Разбился здесь тиранов жезл ужасный,Сломалась о тебя коса времен,Ты жив, о храм искусств, о славный Пантеон!CXLVII.Прекрасных лет, прекрасного искусстваТы памятник, ты чистый образец,Ты будишь в нас возвышенные чувства,О, зодчества разграбленный дворец!На все, что древний создал здесь резец,В отверстье сверху слава разливаетСвои лучи. Здесь набожный пришлецПред алтарем колена преклоняет,Поклонник гения своих богов встречает.[230]CXLVIII.Темница предо мной. Что вижу яВ ее печальном, тусклом освещенье?Рисует мне в тиши мечта мояДва призрака, два легкие виденья…Нет, то не сон, не бред воображенья:Вот на одном мелькает седина,Другая ж юной силы воплощенье.Что в этот час там делает она?Грудь нежная ее зачем обнажена?CXLIX.Источник чистый бьется, грудь вздымая,Готовый жизнь в струе своей давать,Когда, ребенка к сердцу прижимая,Его целует молодая мать.Нет, никогда мужчине не понять,Как ей тепло от глазок ясных взгляда,Как любо плач ей лаской униматьИ возраст наблюдать родного чада…Что ж, даже Каин был для матери отрада.CL.Но здесь у нежной дочери своейБерет назад ее отец любимыйТот чудный дар, что раньше дал он ей.И не умрет он, юностью хранимый,Пока огонь любви неугасимыйУ ней в крови, пока неистощимТот благодатный Нил, тот ключ родимый…Пей из него, старик, питайся им:Гордиться мог бы рай источником таким.CLI.Пленяет ум про млечный путь сказанье,[231]Но красоты подобной все ж там нет.Здесь видим мы иных лучей сиянье,В темнице этой льет природа светСильней, чем в пышном сонмище планет.Так пусть же, пусть струя живая бьется,От сердца к сердцу пусть не сохнет след,И в старом сердце снова жизнь проснется.Так дух, освободясь, с источником сольется.CLII.
