– Она опасна. Я не могу этого так оставить. Недавно я начал переговоры с банком «Альбион» о частичной продаже акций «Чая Бертона». Они уже осторожничают из-за всех этих слухов о забастовке грузчиков. А тут подоспеет обвинение в убийстве. В банке задумаются, стоит ли вообще иметь дело со мной. Пойми, Котелок: эта девка может нанести мне вред. Она знает, как я обошелся с ее отцом.
– Ну знает, и что? – устало спросил Шихан, очищая ногти перочинным ножом. – Ей до вас не добраться. Даже если она обратится в полицию, там потребуют доказательств, а их у нее нет. И уж куда она сейчас точно не сунется – так это в полицию. Она, поди, мелкой дрожью трясется за свою шкуру. Ее положение куда хуже вашего. Сперла крупную сумму денег. Есть свидетели.
Но Бертон не желал успокаиваться. Он продолжал честить Фиону, называя ее пронырливой сукой, и живописал, как ее пронырливость подорвет намеченный им выпуск акций. А эти акции ему очень нужны, потому что ему нужны дополнительные деньги для расширения компании.
Шихан закрыл нож, думая о том, до чего же парни вроде Бертона своими акциями-шмакциями усложняют процесс добывания денег. Гораздо проще просто брать деньги. Или отбирать. Шихан решил, что с него достаточно. Ему хотелось сытно поесть и выпить хорошую порцию виски. Нечего ему торчать здесь, слушая бредовые излияния этого говнюка.
– Чего именно вы хотите от меня? – спросил Шихан. – Чтобы я обшарил все лондонские дома?
Бертон остановился, устремив на него свои бездонные черные глаза. И Котелок, безжалостный убийца, способный голыми руками свернуть шею кому угодно, когда есть гарантия, что он сам не пострадает, к своему удивлению, ощутил, как у него похолодела спина.
– От тебя я хочу немногого: как можно быстрее найти эту девку и избавиться от нее. Мы уже об этом говорили.
– Я же старался…
Бертон хватил кулаком по столу:
– Так старайся усерднее!
Шихан молча вышел. За воротами дома Бертона он сердито сплюнул и сказал дожидавшимся его Регу и Стэну, что к Куинну отправится один, а они проведут ночь на Уайт-Лайон-стрит, следя за квартирой Родди О’Миры. Те тут же стали возмущаться. Им хотелось пива… Они проголодались… Их ждали милашки. Котелок велел им заткнуться. Мало ему претензий Бертона, теперь еще эти двое растявкались. Но Бертон ему щедро платил. Если бы не это обстоятельство, Шихан давно бы ушел от Бертона. Иногда он думал, что получаемые деньги несоизмеримы со всей этой нервотрепкой.
Фионе вновь снился этот кошмарный сон. Всегда одно и то же: ее догонял человек в черном. Она сворачивала в переулок, который оказывался тупиком. Впереди – кирпичная стена. Не убежишь. Фиона бросалась к стене, отчаянно пытаясь забраться наверх… Шаги становились все громче. Потом ей на плечо легла рука и…
– Мисс, через полчаса будем в Саутгемптоне.
Фиона проснулась, дико озираясь вокруг. За плечо ее тряс проводник.
– Простите, что напугал. Но полчаса пролетят незаметно.
Запинаясь, Фиона поблагодарила проводника и, чтобы успокоиться, стала глубоко дышать. Этот гадкий сон всегда был до жути реален. Она взглянула на брата. Шейми спал. Он заснул мгновенно, едва они в семь утра сели в поезд. Отдав билеты проводнику, Фиона тоже провалилась в сон, измученная невзгодами вчерашнего дня. С тех пор как они покинули квартиру Родди, прошло почти десять часов. И все это время Фиона ощущала себя зверем, уходящим от погони. Помня о необходимости сменить мешок на что-то поприличнее, Фиона завернула в лавку ростовщика, где нашла достаточно крепкую дорожную сумку. Когда она доставала двадцатифунтовую бумажку, чтобы расплатиться, на прилавок выпал синий камень, подаренный Джо. Ростовщик повертел камень в руках и спросил, не желает ли она продать эту вещицу. Фиона задумалась. Джо исчез из ее жизни. Так зачем хранить болезненное напоминание о нем?
– Сколько? – спросила она.
– Фунт и шесть шиллингов.
Фиона оторопела от названной суммы. Может, не стоит продавать камень? Ростовщик истолковал ее нерешительность по-иному, подумав, что ее не устраивает цена.
– Хорошо. Два фунта и дорожная сумка в придачу. Это окончательная цена.
Она покосилась на ростовщика. Целых два фунта за камешек, выловленный в Темзе, и сумка в придачу? Должно быть, у этого человека временно помутился рассудок. Не дожидаясь, пока он передумает, Фиона быстро согласилась.
– А нет ли у вас, случаем, еще таких же штучек? – спросил ростовщик, убирая камень в карман.
– Таких нет. Могу предложить вот это, – сказала Фиона, снимая кольцо с сапфиром – еще одно напоминание о Джо.
– Ну, за колечко больше трех шиллингов не дам.
– Согласна, – сказала Фиона, радуясь, что стала богаче на два фунта три шиллинга и обзавелась дорожной сумкой.
