Переложив содержимое мешка в сумку, Фиона повела Шейми на Коммершел-стрит. Она шла как на иголках, ожидая, что вот-вот раздастся голос Шихана и ей на плечо ляжет его тяжелая, грубая рука. Облегчение наступило лишь тогда, когда они сели в кеб. Кучер довез их до вокзала Ватерлоо. Билетную кассу Фиона разыскала быстро, но, к ее огорчению, последний поезд на Саутгемптон ушел двадцать минут назад. Она купила билеты на первый утренний поезд, затем побаловала себя и Шейми чаем и большими сэндвичами с беконом. Ночь они провели в женском зале ожидания. На всякий случай Фиона выбрала скамейку подальше от окон.
Потягиваясь на вагонном сиденье, Фиона пыталась выстроить план дальнейших действий. Перво-наперво нужно добраться со станции до пассажирского порта. Лучше всего взять кеб. Пусть это стоит денег, зато они не заблудятся. Шейми проснулся за несколько минут до Саутгемптона. Она едва успела обуть брата и застегнуть на нем куртку, как поезд уже подходил к перрону. Выбравшись из вагона, Шейми тут же запросился в отхожее место.
– Потерпи немножко, – попросила она. – Сначала нам нужно найти это место.
Пока шли по перрону, ей на глаза попался щит с рекламой «Чая Бертона». Фиона вздрогнула. Она и не подозревала, как далеко простирается чайная империя Уильяма Бертона. Чем скорее они с Шейми окажутся на борту корабля, тем лучше.
Заметив вывеску дамской комнаты, Фиона повела брата туда. Когда Шейми облегчился, она заставила его вымыть руки и чумазое лицо. Попросив его подождать возле умывальника, Фиона зашла в кабинку сама и, помимо отправления естественных надобностей, слазила в карман и достала еще одну банкноту. Вернувшись на платформу, они пошли по стрелкам, указывающим путь к стоянке кебов. Фиона инстинктивно оглянулась по сторонам – нет ли поблизости Шихана. Платформа была пустой, если не считать человека, сгибавшегося под тяжестью своих чемоданов. Нагруженный до предела, он едва шел, не видя, что вот-вот наткнется на штабель газет.
– Берегитесь! – крикнула ему Фиона.
Увы, ее предупреждение запоздало. Нога пассажира зацепилась за кромку штабеля. Он споткнулся и упал. Чемоданы разлетелись в разные стороны.
Фиона бросилась к нему.
– Подсуропило вам! – крикнула она, просовывая руки ему под мышки и помогая встать. – Вы не поранились? Так недолго и шею сломать.
– Ш-шея цела, – ответил странный пассажир, поднимаясь на ноги и оглядывая себя. – Вроде ничего себе не сломал. Ну что за бесполезное племя эти носильщики! Когда они позарез нужны, ни одного. – Он откинул волосы со лба и улыбнулся Фионе. – Разрешите представиться. Николас Сомс, – сказал он, протягивая руку. – Необычайно вам признателен.
Фиона собиралась пожать его руку, но вдруг увидела кровь.
– Все-таки поранились. Вот, кровь идет.
– Боже мой! Я не переношу вида крови. Особенно своей. От этого у меня… начинается головокружение.
– Только держитесь на ногах! Если вы потеряете сознание, мне вас будет не поднять!
Фиона отвела его на скамейку. Странный пассажир сел, зажав голову между колен.
– Я дико извиняюсь.
– Тише. Посидите спокойно, пока вам не станет лучше. Я соберу ваш багаж.
– Очень любезно с вашей стороны, – пробормотал он.
Фиона вернулась на платформу. Шляпная коробка укатилась в сторону. Фиона попросила брата сбегать за ней. Один чемодан лежал целехонек. Два других открылись, и вокруг них валялась вылетевшая одежда. Открылся и большой портфель, в котором лежали две картины. Яркие, странные, почти детские. Чтобы все вернуть на место, понадобится какое-то время. Фиона нетерпеливо вздохнула. Ей не хотелось тратить время на возню с чужим багажом. Им с Шейми нужно побыстрее добраться до порта. Но бросить хозяина вещей она тоже не могла. Человек явно нуждался в помощи. Она принялась собирать его вещи.
– Картины не пострадали? – спросил он, поднимая голову. – Холст не порвался?
– Вроде нет, – ответила Фиона. – Никаких повреждений я не заметила.
– Слава Богу! Это мое состояние. Я намереваюсь их продать.
– Что? – раздраженно переспросила Фиона, сражаясь с мужскими тряпками, которые не желали лезть обратно в чемодан.
– Я намереваюсь их продать в Нью-Йорке.
– Серьезно? – удивилась Фиона, закрывая чемодан.
Не иначе как этот мистер Николас Сомс бредит. Говорит какую-то чушь. Голова от падения закружилась. Разве можно продать такие картинки? Их бы и Шейми нарисовал, если дать ему краски. Защелкнув замки одного чемодана, Фиона взялась за другой, аккуратно складывая туда остатки вещей. Подошел Шейми, волоча за собой шляпную коробку.
– Спасибо, добрый мой человечек, – сказал ему Николас, подвигаясь на скамейке, чтобы Шейми тоже мог сесть.
Фиона один за другим поднесла чемоданы.
– Вам получше? – спросила она, торопясь поскорее отправиться в порт.
– Гораздо лучше. Вы были очень добры. Не смею вас задерживать. Дальше я и сам справлюсь.
– Опять все потащите на своем горбу? – обеспокоенно спросила Фиона.
– Нет. Думаю, судьба все же пошлет мне носильщика. У них сейчас хлопотное время. Столько пассажиров на корабль до Нью-Йорка.
– Вы знаете, где этот корабль?
