Чайный фургончик Рози полностью

– Моего представления?! – Это у нее все было заготовлено и отрепетировано. – «О, Макс, давай посмотрим на наши тату! Только мне надо раздеться!» И добавь игривое хихиканье. Мерзость. Да у нее все на лице написано было!

Ария смотрит на меня с подозрением.

– А тебе-то что? Ты же решила оставить мысли о Максе.

Я проглатываю комок в горле.

– Да я сама запуталась. Просто с Олли как-то безопаснее. Он не разобьет мне сердце и не сбежит, хоть с Максом и интереснее.

– А откуда ты знаешь, что не сбежит?

Я качаю головой:

– Потому что мне все подряд твердят, что Максу верить нельзя. В том числе Май.

Черты лица Арии смягчаются.

– Тебе и правда нравится Макс, да?

Я отворачиваюсь.

– Мне нравилось дразнить тебя, потому что я думала, что тебе все равно. А тебе не все равно! Так почему не пойти по зову сердца? Не понимаю.

Я скрещиваю руки на груди.

– Потому что не хочу, чтобы мне снова сделали больно, Ария.

– И поэтому готова довериться тому, кого никогда не видела, в отличие от Макса?

– А ты бы не доверилась? – всплескиваю руками я.

Безумие музыкального фестиваля откликается вибрацией во всем моем теле, кажется, с каждым часом становится все громче и громче. От визга электрогитары мозг словно дрожит и бьется о черепную коробку. Я-то думала, нас ждет милый концерт с фолк-музыкой, мир, любовь и прочее… Вместо этого я получила нечеловеческие крики и звуки, будто солист выплевывает их в смертных муках. Но тут много разных групп, поэтому я надеюсь, что скоро на сцену выйдут какие-нибудь фолк-исполнители, а бедолага сможет попить воды.

– Ваш яблочный крамбл с дополнительной порцией взбитых сливок!

Клиентка кричит мне в ответ:

– Я не заказывала крамбл, я сказала, вас не слышно, и попросила не мямлить![6]

Я и так ничего не слышу, а она еще и ведет себя как избалованное дитя! Поэтому в ресторанах повара и работают за закрытыми дверьми… Я натягиваю улыбку, но посетительница смотрит так, словно насквозь видит, что она фальшивая.

– Что. Вам. Подать? – громко и отчетливо выкрикиваю я, чтобы девушка разобрала каждое слово.

– Яблочный крамбл, – ухмыляется она. – Без сливок, я слежу за фигурой.

Она хлопает по своим ляжкам, в которых нет ни грамма жира. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать.

– Секунду!

Я сервирую кусок яблочного крамбла, на этот раз без щедрой порции приготовленных мною взбитых сливок.

– Еще что-нибудь? – кричу я, протягивая тарелку.

– Сделай сальто!

– Что?!

Она только что попросила меня сделать сальто?

– Говорю, это все!

Я передаю ей тарелку и беру протянутые деньги. Скорее бы на концерте объявили перерыв… Я мысли свои не слышу, не то что заказы клиентов.

На сцене начинают играть на барабанах. Кажется, моя голова сейчас лопнет.

– Помочь? – ко мне протискивается Макс. На нем нет футболки, и он притягивает к себе восхищенные взгляды буквально всех, кто когда-либо жил. Ему не холодно, нет?

– Нет! – Я не хочу, чтобы горячий, обворожительный и полуголый Макс терся рядом, когда я жду Олли. – Знаешь, мне кажется, что ходить без футболки по кухне просто негигиенично. Санитария наверняка это запрещает.

Он смеется, его глаза блестят.

– Дай помогу, у тебя очередь длиной в километр.

– Предупреждаю, это еда с сахаром.

– Так я ее не есть буду, а подавать.

Очередь становится все длиннее и длиннее, а у людей заканчивается терпение, это заметно по холодным взглядам и упертым в бока рукам. Когда же этот день закончится?

Макс запрыгивает в Поппи, от чего ее покачивает так сильно, что я чуть не вылетаю.

– Что будете? – спрашивает он у девушки с черной помадой.

– А что вы продаете? – мурлыкает она в ответ. Серьезно? Раздражение во мне вскипает с новой силой.

– Как насчет сочного, влажного куска шоколадного торта?

Он без этого совсем никак не может?

– Не могу отказаться, звучит соблазнительно. Дайте два.

Я выдаю заказы так быстро, как только могу. Когда выдается свободная минутка, я спрашиваю у Макса:

– Почему ты не в своем фургоне?

Он непринужденно пожимает плечами.

– Все раскупили. В рекордные сроки.

– Тебе не надоедают восхищенные взгляды?

– Это все мое обаяние.

– Дразнишься?

– С тобой это весело.

– Спасибо за помощь, скромник, но дальше я сама.

– Не похоже на то. – Макс касается моей брови и рисует пальцем линию. – Я же вижу, что у тебя голова болит.

От его прикосновения по моему телу пробежал электрический разряд. Наверное, из-за того, что это было неожиданно.

– Тебе нужно передохнуть. Иди полежи, я разберусь.

– Уф, было бы неплохо, но я жду Олли…

Его глаза сверкают.

– Парень с форума? Разве вы не должны были встретиться еще несколько недель назад?

– Он не получил мое сообщение, были проблемы с вайфаем. Но мы очень сдружились.

– Ага, через интернет, – сарказм так и сочится в каждом его слове.

– Да, Макс, таков современный мир.

Что за идиотское отношение? Подумаешь, общаемся в Сети. Это ничего не меняет. Ревнует он, что ли?

Макс мотает головой.

– Ладно, дальше ты и сама справишься, – и после этих слов он уходит.