— Оливия должна встретить родителей, Фиделио играет партию скрипки на концерте, а у Габриэля намечается важная встреча с Лизандром и Танкредом в доме Лизандра на Высотах. Так что вся надежда на нас с тобой.
— Окей, — Чарли нехотя вылез из-за стола, — пойду, принесу пальто.
— Ты никуда с ней не пойдешь, Чарли Бон. Я запрещаю, — Мэйзи отодвинула в сторону утюг и встала, закрывая собой дверь из кухни на лестницу, — твои родители никогда не простят мне, если с тобой что-нибудь случится.
— Но Миссис Джонс..., — начала Эмма.
— Мисс Толли, никаких «но»! — отрезала Мэйзи, — как ты можешь подвергать нашего Чарли опасности после всего того, что с ним вчера случилось!
Мальчик страшно смутился и почувствовал себя очень неловко:
— Мэйзи, — закричал он, — я уже не ребенок!
— Нет, ты еще маленький и должен слушаться старших.
Чарли не нравилось спорить с бабушкой, но он терпеть не мог, когда его выставляли маменькиным сынком, трусом и нытиком, и если бы в этот момент к дому не подъехал фургон Дяди Патона, они могли наговорить друг другу много неприятных слов.
Мистер Юбим выглядел очень усталым. Когда Мэйзи спросила его, где он был, в ответ он только покачал головой и сказал, что это долгая и не очень приятная история:
— Мне еще придется поехать в Ирландию.
Дядя Патон попросил приготовить ему большую чашку черного кофе. Чарли заметил, что на его лице появилось знакомое выражение «не задавай мне пока никаких вопросов».
Мистер Юбим залпом выпил горячий напиток и попросил еще.
— В городе с каждым днем становится все опаснее, — он почесал небритый подбородок, — тем не менее, я должен разузнать как можно больше об этом завещании.
— У меня как раз есть идея насчет завещания, — сказала Эмма.
Но прежде чем упомянуть Мистера Биттермауса, она повторила рассказ Госпожи Кухарки о Морском Глобусе и страшной силе Лорда Гримвальда.
— Я и представить себе не мог, что он умеет такое делать, — пробормотал Патон, и на его лице отразилось страдание, — у меня нет возможности связаться с Лайеллом. Похоже, оборвались все контакты, которые были: начальник порта покинул свой пост, капитан корабля, который привозил почту твоим родителям, исчез, его не видели уже целый месяц. Остался последний луч надежды. Моряк, который был с ними в одном из путешествий, говорит, что совсем недавно получил весточку от Лайелла, и попытается связаться с ним снова.
— Неделю назад родители прислали мне еще одну открытку с китом на обложке, — сказал Чарли, — только дата на ней размыта.
— Как ты не понимаешь, — возмутилась Эмма, нервно сжимая руки, — если мы найдем шкатулку, то Лорду Гримвальду не придется никого топить.
— Если только он не захочет сделать это ради собственного удовольствия, — посмотрел на нее Чарли.
— Давайте хотя бы попытаемся, — Эмма даже застонала от нетерпения, — прошу Вас, Мистер Юбим, пожалуйста, пожалуйста, не могли бы Вы пойти с нами к Мистеру Биттермаусу? Он адвокат, знает отца Чарли. Адвокаты ведь занимаются завещаниями, правильно?
— У нас совсем мало шансов на успех, Эмма, — его улыбка была полна сожаления, — но в любом случае я собирался сегодня утром зайти в Книжный магазин, так что мы могли бы по пути заглянуть к Мистеру Биттермаусу.
— Спасибо…, — начала Эмма.
— Но, — Патон поднял руку, прерывая поток благодарности, — не раньше, чем я позавтракаю и приму душ.
— Спасибо, — Эмма села и перевела дух, — надеюсь, теперь Вы отпустите Чарли? — спросила она Мэйзи.
— Посмотрим, ничего не обещаю, — проворчала бабушка и занялась приготовлением завтрака для Патона.
Он спустился вниз чисто выбритый, посвежевший и одетый в синий бархатный пиджак и новый красный галстук.
Эмма и Чарли терпеливо ждали, пока Дядя Патон съест большую порцию бекона, помидоров, спаржи, грибов, яиц и фасоли. После двух бутербродов с вареньем, круассана и третьей чашки кофе он, наконец, встал из-за стола и, сказав:
— Дай Бог тебе здоровья, Мэйзи, — направился в прихожую, где намотал на шею теплый серый шарф, надел черную фетровую шляпу и длинное шерстяное пальто.
На улице было холодно. В воздухе порхали легкие снежинки, а на траве и живых изгородях все еще держался иней.
Чарли кутался в толстый шарф, который Мэйзи купила ему на Рождество. Мальчик предпочел бы остаться дома, но как он мог проигнорировать любую попытку спасти своих родителей?
И снова его стали одолевать тревожные, неприятные мысли. Почему его отец отдыхал, когда город был в беде? Десять лет он находился в трансе гипноза и, похоже, настолько ослаб, что не мог противостоять опасности. Но ведь океан тоже опасное место. Чарли настолько погрузился в раздумья, что с удивлением обнаружил, что они уже подъезжают к улице, где жил Мистер Биттермаус.
Возле дома адвоката стоял грузовик для перевозки мебели и преграждал им путь. Его колеса заехали с одной стороны на тротуар, и Патону пришлось протискиваться мимо него по другой стороне узкой, вымощенной булыжником улицы.
— Я уверен, что водитель нарушил правила парковки, — пыхтел Дядя Патон, маневрируя из стороны в сторону и пытаясь не застрять в грязи.
