Не обращая внимания на боль, Эмма тянула к себе заговоренную тряпку, но Оливия взяла серебряную щетку для волос и со всей силы ударила ею по пальцам девочки.
Эмма вскрикнула от боли и убрала руку, а Оливия быстро одела тунику поверх пижамы.
— Никогда больше так не делай, — сказала она механическим голосом.
Эмма последовала за ней обратно в спальню. Ее подруга легла в постель, так и не сняв колдовскую одежду. Зеркала цеплялись за одеяло и тоскливо звенели, как льдинки на ветру.
Эмма содрогнулась.
— Спокойной ночи, Лив! — пробормотала она.
Ничего не ответив, Оливия отвернулась к стене и закрыла глаза.
После отбоя Чарли и Фиделио отправились в ванную, где можно было спокойно поговорить. Фидо, скрестив ноги, сидел на полу рядом с Чарли и с нарастающим ужасом слушал рассказ о том, что произошло в прошедшие выходные.
— Я не слышал, что кого-то убили, — прошептал он, — бедный старый Мистер Биттермаус.
— Вероятно, эту новость напечатают сегодня во всех местных газетах, — сказал Чарли, — но мечник вернется в свой портрет прежде, чем его кто-нибудь сможет поймать.
— Ты думаешь..., — начал Фиделио.
Дверь ванной комнаты открылась, и в нее заглянул Дагберт Эндлесс. Чарли заметил, что он весь дрожит, как в лихорадке, и подумал, что у него снова могут начаться подводные видения с мерцающими сполохами, пузырьками, глубоководными рыбами и ракушками.
Дагберт шагнул в ванную, мягко закрыв за собой дверь, и сел рядом с Чарли. Наступило долгое неловкое молчание. Запах рыбы, который обычно витал вокруг Дагберта, сменился запахом морских водорослей; это был влажный, травянистый аромат, в котором ощущалась свежесть и прохлада морской волны.
— Мне очень жаль, — сказал, наконец, мальчик — утопитель.
Чарли повернулся, чтобы на него посмотреть. В слабом свете, идущем от ночного окна, Дагберт казался голубовато-зеленым.
— Ты хочешь сказать, что сожалеешь о Танкреде? — спросил Фиделио.
Дагберт кивнул:
— О Танкреде и о том, что собирается сделать мой отец. Он
привез сюда свой Морской Глобус и с его помощью собирается утопить твоих родителей, Чарли.
— Я знаю.
— Знаешь? Мне жаль. Если бы я мог остановить его, я бы остановил, но мне не хватает силы. А если я попытаюсь сделать это без моих семи оберегов из морского золота, Глобус поглотит меня. Мой отец часто рассказывал мне о том, как это случится.
— А если бы у тебя были талисманы? — спросил Фиделио, — смог бы ты тогда уничтожить Морской Глобус?
Дагберт растерянно пожал плечами:
— Вы должны знать, что я не такой, как Манфред, Джошуа и Блуры.
— Я всегда знал, что ты другой, — тихо сказал Чарли.
— Но иногда я не могу себя контролировать, — в голосе Дагберта звучало отчаяние, — когда я начинаю злиться или бояться, мир вокруг меня превращается в воду.
— Послушай, Дагберт, — обратился к нему Чарли, — я знаю, что Джошуа попытается найти твои обереги из морского золота, где бы ты их ни спрятал. Я сделаю все возможное, чтобы остановить его, но, не уверен, что у меня получится.
— Они..., — начал Дагберт.
— Не говори мне, — резко прервал его Чарли, — Манфред может попытаться вытащить из меня информацию с помощью гипноза.
— Я понял.
Фиделио предложил всем пойти спать, пока они не замерзли до смерти. Ванные комнаты в Академии Блура были самыми холодными помещениями в здании.
Чарли проснулся с ощущением, что день будет довольно трудным. Один взгляд на обеспокоенное лицо Дагберта напомнил ему, что он должен смотреть в оба за каждым шагом Джошуа Тилпина. А это будет весьма затруднительно. Джошуа учился на первом курсе Художественного отделения, в то время как Чарли — на втором курсе Музыкального. Они пользовались разными столовыми и гардеробными. Оставалось только надеяться, что Дагберт спрятал обереги снаружи.
Именно так он и поступил.
Джошуа решил заняться поисками во время первой перемены. До этого дня он долго практиковался с драгоценными украшениями своей матери и теперь не сомневался, что сможет притягивать золото. Но с чего начать? Ему нужен был хоть какой-то намек на то, где могут находиться заговоренные талисманы.
Джошуа повезло. Сам того не желая, Дагберт привел его в нужное место. Игра могла закончиться, так и не начавшись.
Мальчик — рыба чувствовал себя таким потерянным без амулетов и так переживал об их сохранности, что его потянуло к ним со страшной силой.
Снег, лежавший на поле, превратился в грязную жижу после того как по нему несколько раз прошлись триста учеников. Но Джошуа и близнецы Бранко все еще пытались вылепить из него снежки. Мальчик — магнит собирал пригоршни льда, одновременно наблюдая за Дагбертом.
В это же время Чарли играл в футбол с Эммой и Фиделио. Эмма выглядела подавленной. Оливии нигде не было видно. Чарли повернулся вполоборота, чтобы посмотреть, как там Джошуа с близнецами Бранко, и обнаружил, что тот исчез.
— Где Джошуа? — крикнул Чарли своим друзьям.
Фиделио указал на маленькую фигурку, крадущуюся к развалинам замка.
— Я пошел.
— Давай пойдем вместе, — предложил Фиделио.
Чарли покачал головой:
— Лучше не надо. Не хочу привлекать лишнего внимания. Боюсь его спугнуть.
