— Что происходит? — раздраженно спросила Эмма.
Фиделио пробормотал:
— Подожди, скоро расскажу.
Стараясь выглядеть естественно и беззаботно, но прибавляя скорость всякий раз, когда ему казалось, что на него никто не смотрит, Чарли поспешил за Джошуа.
Заметив, как тот прошел через главную арку, он подождал несколько секунд, а затем бросился вслед за ним. Джошуа нигде не было видно. Чарли беспомощно уставился на пять маленьких арок, встроенных в каменную стену, все они вели в руины. Когда-то он внимательно исследовал каждый подземный ход и знал, что центральный ведет прямо в замок, а за боковыми арками скрываются четыре длинных туннеля, уходящих в более уединенные части руин. Но какое направление выбрали Дагберт и Джошуа?
Из глубины крайнего туннеля слева донесся крик. У Чарли похолодели ладони. Дагберт выбрал самый сложный путь. Времени на раздумья не оставалось. Когда мальчик кинулся в темноту, эхо принесло еще один крик, полный ужаса и отчаяния.
Скользя и спотыкаясь, Чарли бежал по бесконечному сырому, затхлому туннелю. Ломая ногти, он цеплялся пальцами за выбоины в стене, чтобы удержаться на ногах, но кирпичи были такими скользкими от плесени, что Чарли то и дело падал на колени и полз на четвереньках. Казалось, подземному ходу не будет конца. Наконец он выбрался на заснеженный берег. Высокие деревья по обе стороны от него качались под порывами внезапно налетевшего ветра, принесшего запах моря.
У подножия холма на фоне белого искрящегося снега виднелось грязное пятно. На этом ристалище бились насмерть Дагберт и Джошуа. Возле них возвышался большой черный камень. На его гладкой поверхности лежали семь золотых морских оберегов.
Следуя логике, Дагберт, должно быть, спрятал их под камнем, но пронырливый Джошуа вытащил их из тайника. Чарли заскользил вниз по склону. Когда он подбежал к камню, Джошуа неожиданно ударил Дагберта в солнечное сплетение, и тот упал в снег.
— Мои! — торжествующе воскликнул Джошуа, поднял правую руку, и золотые обереги поплыли к нему по воздуху. Он крепко зажал их в кулаке и побежал вверх по отлогому берегу.
— Не так быстро, маленький ворюга! — Чарли, что есть силы, схватил Джошуа за лодыжку.
Тот споткнулся и с криком упал на мерзлую землю.
— Отдай талисманы, Тилпин, — Чарли крепко держал его за ногу, — они не твои.
— И не твои. Отвяжись от меня!
С этими словами он так лягнул Чарли другой ногой, что попал ему по носу. Обливаясь кровью, вне себя от боли, тот отпустил лодыжку Джошуа.
В этот момент Дагберт пришел в себя и бросился на врага. Он схватил его за руки, пытаясь разжать пальцы и оторвать их от оберегов, но амулеты намертво прилипли к ладоням Джошуа, как устрицы к своим раковинам.
— Верни их мне! — кричал Дагберт, отдирая золотую рыбку от кожи Джошуа, а мальчик — магнит корчился от боли, как угорь на сковородке.
Чарли выпрямился и вытер нос рукавом. Кровь из носа капала на его свитер.
Тем временем Дагберту удалось вырвать еще фигурку краба из раскрытой ладони вора, но мальчика — рыбу уже начало трясти как осиновый лист.
— Я заберу у него остальных, — сказал Чарли, — тебе надо отдохнуть!
Дагберт перекатился на спину, сжимая в руках два амулета. Джошуа снова пополз вверх по склону, и Чарли уже собирался схватить его, но тут случилось нечто непредвиденное.
Чистое до этого небо внезапно заволокли свинцовые тучи, воздух завибрировал, над их головами сполохом пронеслась ослепительная молния и ударила в землю одновременно с раскатом грома.
Перед ними из ниоткуда появился длинный меч. Он вонзился в землю в каком-нибудь дюйме от руки Чарли и угрожающе покачивался.
— Убирайтесь прочь, жалкие мальчишки, — раздался низкий голос, — или испытаете на своей шкуре гнев моего меча.
Чарли медленно повернул голову, прекрасно зная, кого он сейчас увидит.
На черной скале во всей красе стоял оживший портрет Ашкелана Капальди. Круглый, широкий, кружевной воротник плотно охватывал шею, узкую талию опоясывал алый кушак, высокие кожаные сапоги доходили почти до бедер, ветер шевелил складки изумрудного плаща. Все тот же жестокий взгляд больших темных глаз, а на лице — насмешливая, злая ухмылка.
— Отдай мне свои обереги, Дагберт Эндлесс, — приказал Ашкелан, протягивая руку, затянутую лайковой перчаткой.
Дагберт молча покачал головой и крепко прижал к своей груди маленького краба и рыбку.
Мечник перестал улыбаться, лицо его стало безжалостным, он упивался своей безграничной властью и жаждой крови.
— Жаль, — цинично вздохнул он, — меч, делай свою работу.
— Дагберт, нет! — закричал Чарли, когда меч выскочил из земли и понесся к мальчику, чтобы пронзить его сердце.
Тот отпрыгнул назад, но меч последовал за ним. Чарли не мог на это смотреть. Слезы застилали его глаза, он уже собирался отвернуться, когда все вокруг озарила яркая вспышка света. Из-за деревьев выскочила белая кобылица, на которой сидел рыцарь в алом плаще и сверкающих доспехах. Он перехватил своим мечом смертоносное оружие и отбросил его в сторону.
— Подлый, нечестивый, ненавистный рыцарь! — взвыл Ашкелан, — на сей раз тебе не удастся меня победить.
