– Я уже побывал у вас на квартире, и твоя сестра сказала, чтобы я тебя нашел. Упомянула, что ты, скорее всего, будешь здесь. Кстати, спасибо за мазь.
– Это ерунда. Присаживайся. И, да, ты мне нужен будешь. Скоро сюда приедет один человек, я тогда вам обоим все расскажу, чтобы дважды не повторяться… Как ты, вообще?
– Благодаря тебе и твоей мази – неплохо, а та огнеупорная пропитка для дерева, которую ты в прошлый раз сделал – просто изумительна. Я уже весь свой дом обработал. По крайней мере, теперь можно не бояться, что он сгорит.
Он передал мешок, который до этого висел у него за спиной Стафилу.
– Держи. Тут и кусок медвежатины, и лосятина, и еще немного разного… Помню, что ты просил, с оказией.
Стаф ухмыльнулся, и уволок мясо в одно из помещений.
– А в целом… Знаешь, живу и очень неплохо. Тут пересекся кое с кем, по слухам – мой отец сейчас в Америке. Ты больше за саламандрами не собираешься?
Я вздохнул, и моя рука заныла, вспоминая наши прошлые приключения.
– Надо бы… У меня Голиаф постоянно намекает, что было бы неплохо на них поохотиться, но ты помнишь чем это в прошлый раз обернулось. Пока я не придумаю более безопасный способ получать от них то, что ему нужно – и не соберусь. А у тебя с этим как?
Он сел рядом.
– Знаешь, после того, как я ту съел – я немного лучше стал контролировать свое внутреннее пламя. Вот только оно стало сильнее. Мне еще с десяток бы их…
– И ты начнем дышать огнем, способным прожечь дырку в камне. Правда тогда тебе уже вряд ли будет нужна моя мазь.
Вообще, Оливер – хороший парень, которому не повезло родиться полудраконом. Его мать была изнасилована одним жутко древним огнедышащим ящером по имени Ферровакс, правда, насколько я понимаю, в тот момент он был в виде человека. Так или иначе, но мать Оли умерла, а бедняга долго мыкался с папиным наследием, в виде внутреннего пламени, которое периодически прорывалось наружу и сжигало все к чертовой матери в округе.
Так было до тех пор, пока наши с ним пути не пересеклись, хотя при первой нашей встрече я чуть в штаны не наложил.
Поняв проблему Оли, я немного покустарничал и приготовил ему мазь, которая блокировала его внутреннее пламя, и позволило ему вести почти нормальную жизнь, хотя в большей степени ему помогла добытая нами огненная саламандра.
В общем, раз в месяц я теперь прибегаю в лабораторию и делаю для него новую порцию мази. Мне это не сложно, времени уходит не слишком много, а вот для него это не просто важно. Это позволяет ему касаться других людей и вещей, не сжигая их. Так что теперь парень уже не в полной изоляции от общества живет.
За неспешным разговором и едой время всегда летит незаметно, и мы сами обратили внимание на появление отца Павла только тогда, когда он подсел к нам за стол.
– Добрый день, Витторио.
– Отец Павел… Это – Оливер.
На столе появилась заказанная священником рыба, и он, сделав мне знак начинать рассказ, принялся торопливо с ней разбираться.
Судьба – довольно странная штука. Несмотря на то, что отец Павел был священником, он, к тому же, был чародеем Белого Совета, только в отличие от меня взятого за заслуги, он свое место заслужил силой и опытом.
Пока я рассказывал в подробностях всю ситуацию, оба моих слушателя расправлялись с едой, и когда их тарелки опустели, мой рассказ как раз подошел к концу.
– Да, – вздохнул отец Павел – ситуация и впрямь получается паршивой. Некроманты – это всегда плохо, а с частичкой Кеммлеровского наследия – дело приобретает такой запах, который сулит очень большие неприятности.
Оли глотнул воды (по каким-то мне неизвестным причинам спиртного он вообще не пьёт, видимо дело в самоконтроле), и поинтересовался:
– Вит, чем тебе помочь?
– От тебя – мне помощь нужна скорее силовая. Голиаф дрыхнет почти сутки напролет, пока солнце на небе, и в случае чего – может не успеть появиться. А в одиночку, боюсь, мне против этого типа не выстоять, если я с ним столкнусь. Так что я должен попросить тебя не просто не покидать город в ближайшее время, а стать моим спутником. Если ты не против, конечно.
Я почти видел, как в его голове мелькают мысли о доме и хозяйстве, но он тряхнул головой.
– Не проблема.
– Точно? А как же твоя скотина?
– Твое дело важнее.
Отец Павел посмотрел на него, и сказал:
– Я могу попросить одного из монахов, чтобы он присмотрел за хозяйством, если вы мне скажете, где оно располагается. Он, конечно, молодой, но думаю, что практика будет ему полезна. Витторио, я так понимаю, что вы уже все продумали…
Покачав головой, я ответил:
– Только в общих чертах. Велика вероятность того, что он будет проводить все либо на Красненьком кладбище, либо на Волковском, и, скорее всего, если и будет что-то творить до того – то на них же, чтобы привыкнуть к месту. Но никакой уверенности нет. Кладбищ в городе много, да и вообще город большой. Мне нужна помощь чтобы найти его до того, как он начнет действовать. И мне нужен кто-то, кто мог бы подсказать, кем может быть его третья жертва.
Чародей задумался.