– Ладно, и что прикажете делать? Только камеру близко не подносите, работать перестанет. Рядом со мной вся техника ломается.
– Ну, сейчас вы у нас один из трех кандидатов для съемки… Мы здесь «проверяем способности» в диагностике болезней. С двумя другими уже все отсняли, сейчас только вас ждали.
Я кивнул, и посмотрел на нее Зрением.
Обычный человек, но явно увлеченный своим делом. Отметая окрестный фон и концентрируясь на ней, я увидел легкую зелень в ее ауре вокруг головы, и нехорошее багровое пятно там, где должна быть правая почка.
– Таблетку от головной боли примите, чтобы не мешала, и лично вам я бы посоветовал проверить почки. Кажется с правой назревает проблема.
Она замерла.
– Как вы…
– Я чародей. Судя по вашей реакции, насчет проблемы с почкой вы в курсе.
– Ну, да, с утра беспокоила…
– Хорошо, что мы около больницы. Она не прекратила вас беспокоить, просто вы это игнорируете.
Елена замахала рукой.
– Постойте, мы еще не снимаем. Сейчас, оператор все настроит, и…
Я вздохнул и кивнул.
Спустя минут десять, оператор, матерящийся на камеру которая принялась барахлить, дал отмашку, и после короткого представления меня, как потомственного чародея, Елена пригласила нескольких людей «для опознания».
У двоих из них не было никаких проблем со здоровьем, которые бы заслуживали внимания, кроме разве что начинающегося цирроза, а вот на третьем я сильно напрягся. В области легких там царила чернота.
– Легкие. Причем проверить срочно необходимо. То, что я вижу – очень опасно.
Камеру перевели на Елену, которая поведала о том, что прямо перед съемками я утверждал, что у нее лично проблемы с почкой, и теперь при помощи врачей будут проверены все диагнозы, которые были поставлены участниками.
Я извинился и поинтересовался, необходимо ли сейчас еще мое присутствие, но оказалось что далее съемка будет вестись в больнице без моего участия, и я откланялся.
Следующим пунктом в нашей программе, было не просто прилюдное, а еще и под видеосъемку, просачивание сквозь камень в Башню Грифонов. Проклятье, если кто-то все правильно поймет, то вполне может статься, что мне придется переносить оттуда лабораторию. Когда мы дали зевакам достаточно материала, и убедились (в частности Оливер, у него проблем с техникой не было), что материал отснят и сейчас же будет выгружен в интернет, мы направились на Лиговский, где какой-то товарищ требовал, чтобы над его ребенком был проведен экзорцизм. К своему удивлению, на квартире мы столкнулись со священником, бледным как мел, и я понял что дело серьезное, а не показуха. По счастью, предыдущие действия особой энергии не тратили, и я еще был полон сил.
Да пусть на голову того, кто всучил это моей сестре, падут небеса, и его останки станут пищей для червей настолько быстро, насколько это возможно…
Дело и впрямь оказалось серьезным, и демон в ребенке реально был. Зрением я видел эту тварь. Теоретически священник мог бы справиться, если бы действительно верил в Бога, а не прикидывался всезнайкой, но…
Очертив круг вокруг ребенка, я добавил символов почерпнутых из книг.
Мои познания в области призыва и, соответственно, изгнания, были довольно ограничены. На практике они сводились к фэйри, а в отношении демонов – была чистая теория, да и той было маловато.
Вообще, демоны не так уж и редки. По большей части, если им удается захватить под контроль чье-то тело, то они могут годами сидеть внутри и никак не проявлять себя, втихаря дергая носителя как марионетку, и наслаждаясь своим присутствием в нашем мире. Старый Шакши рассказывал мне, что как-то раз ему довелось изгонять демона, который вселился в человека в восьмилетнем возрасте, а на момент изгнания ему было около пятидесяти. И все это время «кукловод» не просто рвался к власти, а делал жизнь всех окружающих настолько невыносимой, что люди пускались во все тяжкие.
Так или иначе, при изгнании требуется в большей степени воля, чем магия, но процесс всегда тяжелый.
Достав семейный медальон, я сконцентрировал на нем все, во что верил, пока он не засветился ярким синим цветом, и ребенок заверещал.
Точнее, заверещал не ребенок, а та скотина, что сидела в нем. Они просто органически не переваривают, когда рядом с ними возникает сила веры.
– Святой отец, раз не справились сами – будете на подхвате. У вас как с запасом святой воды?
– Есть, – выдавил из себя он, косясь на ребенка – несколько литров…
– Хватит и одного. Тащите, и по моему жесту начнете прыскать на ребенка. А когда эта тварь вылезет – обольете ее с ног до головы, ясно? Оли, держи ребенка, но аккуратно, чтобы ничего не сломать, но и вырваться не дать.
Я повернулся к родителям мальчика.
– К вам последнее тоже относится. И всем кто будет в круге – ни в коем случае не пересекать его. Иначе не просто не смогу защитить, а эта тварь вырвется и удерет.
Я добавил символ превращающий круг в ловушку для демонической сущности, все перепроверил, и принялся концентрировать веру, направляя ее поток из медальона на ребенка.
Ох, ну и насмотрелись же мы…