– Она должна быть такой коричневой, и так вонять?
Я поднялся на ноги, подошел и принюхался.
Ну, не «Шанель», конечно, но запах вполне нейтральный. Видимо его обоняние намного острее моего.
– Попробуй, намажь ладони, – посоветовал я – и потом возьми что-нибудь, что не жалко.
Честно говоря, мази я еще не готовил ни разу до того, хотя принцип у них был тот же, что и у любого эликсира.
Проверка показала, что состав удался на славу. Правда только продолжительные испытания могли дать понимание о том, сколько времени мазь будет действовать, но главным было то, что свою задачу она выполняла.
Я смотрел, как он с удивлением рассматривает свои руки, и, неожиданно, сказал:
– Знаешь, будь у меня время и моя лаборатория, я и получше бы сделал, но здесь – это лучшее, на что я способен. А вообще, постараюсь тебя запасом на будущее обеспечить… Вот только жир мне брать в городе особо неоткуда. Там разве что свиной найдешь, а из него нормального ничего не получится.
Он развернулся ко мне.
– Ты серьезно? Вот просто так, возьмешь и сделаешь?
Я с удивлением посмотрел на него.
– Оливер, для меня – это несложно. Ну, посидеть вечерком… А тебе – он просто нужен, чтобы нормально жить. Эта мазь – через месяц выдохнется, а в своей лаборатории я мог бы сделать такую, которая бы полгода прослужила, или больше… В общем, если сможешь достать мне основу, то буду снабжать.
– В обмен на что? – нахмурился он.
– Да ни на что… Ингредиенты простейшие, так что зачем мне с тебя еще что-то просить? Я на своей магии и алхимии не зарабатываю. Для меня они – больше искусство и удовольствие, чем все остальное.
Он внимательно смотрел на меня.
– А если я все-таки откажусь от твоей работы?
Я хлопнул себя по лбу.
– Ну и идиот же ты… Это вообще не связано с тем, зачем я к тебе пришел. Оли, я понимаю, что у тебя проблемы с доверием, и что ты тут совсем одичал в своей глуши, но пойми, для меня это действительно несложно, и уж если я могу тебе помочь, то почему бы мне этого не сделать?
Я действительно обиделся. Во мне все просто кипело от негодования.
– Даже связываться с таким дураком теперь не хочу. Сиди здесь себе сиднем, а я тогда сам подумаю, как мне выкручиваться.
Я вышел из избы, и захлопнул за собой дверь, но не успел я дойти до калитки, как мне вслед раздалось:
– Прости… Я и законы гостеприимства нарушил, невольно обидев тебя. Поверь, я не хотел… Просто…
Я остановился и обернулся, чтобы увидеть, как он идет ко мне.
– Просто что?
– Просто для меня никто и никогда ничего просто так не делал. Вообще никто. Может мама могла бы, но она умерла, когда я родился. И… И меня еще никто не называл Оли… Витторио, я…
– Вит. И ты меня прости. Я даже не думал что такое возможно. И, нет, ты не нарушил законов гостеприимства. Мы всего лишь друг друга не поняли.
Мы помолчали, глядя друг на друга.
– Ладно… У меня к тебе есть один, но очень важный вопрос…
– Задавай.
– Как мы до Питера доберемся?
Все всегда идут по пути наименьшего сопротивления, и даже придумали для этого красивое оправдание, что самое простое решение – обычно бывает самым верным.
Не знаю как там для всех, но лично я – мог бы, наверное, разработать и состав, который позволил бы мне схватить огненную тварь, и даже его сделать, но проще было не возиться с тем, что больше никогда может и не понадобиться, а воспользоваться особенностями Оливера.
Кстати, Корхонен оказался на удивление неприспособленным к городской жизни парнем, да и вообще, с крайне расплывчатыми об обычной жизни понятиями. К примеру – он был жутко удивлен, когда узнал, что он на самом деле может получить за стоимость килограмма медвежатины, или шкуру енота, и, после знакомства с моей сестрой, которая мигом взяла его в свою деловую хватку, согласился с тем, чтобы она представляла в городе его интересы.
Однако в целом – Оли был хорошим парнем. Диковатым, недоверчивым, иногда буйным, но, при всем этом, правильным и хорошим. Возможно, это жизнь в почти полном единении с природой сделала его таким.
Как бы то ни было, когда мы приехали в город, оказалось, что один из Диппелей интересовался прогрессом, и мне пришлось позвонить ему.
– Конрад, рад вас слышать.
– Доброго дня, Витторио… Есть какие-то подвижки?
– Есть, и очень значимые. Я знаю, что вам необходимо, и рецепт этого в моей голове. Проблема в том, что я не могу вам его передать, и мне придется изготовить все самому… Причем я уже даже собрал почти все, что необходимо… Вы надолго в городе?
– На месяц точно. Остальные смогут прибыть в течение суток.
– Это просто прекрасно. Да, и еще один вопрос… Как вы думаете, вам было бы интересно обелить свою репутацию перед Белым Советом? В теории – я мог бы это устроить.
Он рассмеялся.
– И, разумеется, сразу встанет вопрос о цене…
– Не в этот раз. Вы не сделали ничего, что могло бы повлечь за собой такое отношение со стороны Совета. Так что, считайте, что в данном вопросе я буду действовать по своим личным убеждениям, если вы, конечно, согласитесь.
Он явно задумался.
– Насколько вы представляете это возможным?