У него уже язык во рту стоял поперек от попыток изъясняться в том же стиле, что и Глубокий Родник. Но ничего не поделаешь: если и не лучший, то уж точно один из лучших способов разговорить даже очень упрямого собеседника – «зеркалить» его речь и манеры, подстраиваясь под них. Так что терпи, лончак. Сам пришел, сам теперь и выдрючивайся.
– Да потому, что ни один гадатель никогда и ни за какие деньги не даст ложного предсказания! Вы просто ничего не понимаете в сущности будущего!
– И снова вы правы, – смиренно согласился Тье.
– Будущее, лончак, отличается от прошлого тем, что еще не случилось. Это в прошлом ничего уже нельзя изменить. А в будущем – можно. Особенно если вы его знаете – или думаете, что знаете.
– Как в случае с моей предполагаемой женитьбой, – понимающе кивнул Тье. – Кстати, мне и в самом деле суждено развестись или овдоветь?
– Не говорите глупостей, лончак. Я не знаю, женитесь ли вы, но знаков развода, вдовства или бездетности на вашем лице нет. Остальное зависит от вас. Но если бы вы решили на основании приведенного мной вымышленного примера не жениться, это было бы уже выбором будущего. Действием. И здесь мы вступаем в очень непростую область.
Теперь гадальщика уже не надо было поощрять и упрашивать. Кто не разговорится, сев на любимого конька? А уж перед искушением поучить уму-разуму невежественного юнца властному старику нипочем не устоять!
– Существуют алхимические эликсиры, которые стоят очень дорого, поскольку их производство связано с определенными трудностями. Их необходимо создавать в полной темноте. Их ингредиенты разлагаются под действием света.
Ого! Сначала – магия, потом – алхимия… широкие, однако, познания у гадальщиков. Или – у именно этого гадальщика?
– Будущее, лончак, нередко подобно таким эликсирам. Оно еще не сбылось, оно во тьме. И если вы обратились к гаданию, чтобы осветить его, вы можете получить не совсем то зелье, каким оно было бы создано во тьме. Или совсем не то. А иногда, напротив, именно свет гадания и закрепляет предсказанный итог. Например, как в случае падения Золотой Империи. Надеюсь, вам не надо пояснять, что я имею в виду?
Последний Золотой Император получил предсказание: один из его подвассальных князей получит в свои руки его власть. Император совершенно обезумел, стараясь тем или иным способом изничтожить того, кому суждено его свергнуть. У бедолаги просто не осталось иного выбора, кроме как и в самом деле свергнуть Императора и положить начало новой династии.
– Не надо, благодарю, – ответил Тье. – Истории меня в школе учили. Помнится, я еще тогда думал, что если бы не предсказание, князь мог бы получить власть и без всей этой резни. Он мог бы стать зятем императора – у того ведь были только дочери, я ничего не путаю?
– Не путаете. И ваша мысль об ответственности гадальщика за случившееся верна.
– Но ведь он не заставлял Императора развязывать кровавое преследование. Это было выбором Императора, а не гадателя.
– Но будущего касались они оба. И это прикосновение закрепило будущее, причем в самом его кровопролитном виде. Будущее не так неизменно, как предполагают наши посетители.
– Это я уже усвоил, – кивнул Тье. – Я пока не понимаю другого: почему вы привели в пример Золотого Императора? Ведь в его случае предсказанное сбылось.
– Как вы думаете, какова была дальнейшая судьба гадателя? – вопросом на вопрос ответил Кин.
Тье чуть нахмурил лоб, припоминая, но так ничего и не вспомнил.
– Не знаю, – честно признал он. – Мне кажется, в исторических хрониках об этом ничего не было.
Взгляд Глубокого Ручья был холодным и острым, как ледяная крошка.
– Вам не кажется. Летописцев интересуют властители и вельможи – что им до тех, кто просто соприкоснулся с их судьбой?
Тье на миг почувствовал себя странно виноватым – словно бы он нес ответственность за невнимание летописей к обычным людям, которые появлялись из ниоткуда, мелькнув в жизни царей и царедворцев, и исчезали в никуда.
– Но наши профессиональные записи содержат и такую информацию.
Инсинуации, ингредиенты, информация… Глубокий Родник всегда так разговаривает или это представление устроено лично для наглого лончака, чтобы не забывал, что он – макака бессмысленная? Скорее, все-таки первое. Когда человек говорит о сердечно близком, ему не до того, чтобы ставить на место зарвавшегося собеседника.
– Гадатель Нан Открытая Ладонь стал одной из первых жертв развязанной Императором бойни. Случайный выстрел, шальная стрела.
Умственные способности у Тье действительно были – так что сделать вывод он сумел.
– Вы хотите сказать, что гадание…
– … соединило судьбы Императора и гадателя. Совершенно верно, лончак. Будущее, которого они касались оба, связало их вместе. И гадатель жизнью заплатил за выбор Императора, сделанный в результате предсказания.
– Но не он выбирал…
– Он подтолкнул к выбору. И ответил за это.
– И вы уверены, что это не совпадение?
– Если и так, то не единственное. Таких десятки. Например, вам что-то говорит такое прозвание, как Хин Железный Перстень?
Тье поморщился.
– Гениальный полководец. Но при этом человек, судя по хроникам, скверный.
