— Я постараюсь показать тебе его лицо, — шепнул Макс Авроре, когда вся группа переоделась и приготовилась к разминке, — он сейчас в зале. Можешь глянуть…
— Отстань, а? Три месяца ты пытаешься выдать за маньяка обычного человека! Или даже разных!
— Я опросил всех, никто из ребят не знает мужика на фотографиях в моём телефоне. К кому он приходит, а?
Аврора не успела ответить.
— Парни! — у них за спиной вырос длинный рыжий Артём. Руки его были густо усыпаны волосами цвета меди и крапинками веснушек. Он тут же приобнял за плечи Аврору и Макса. Была у него такая привычка — растекаться по собеседникам. И ещё — называть всех парнями, независимо от пола. — Темка есть классная! В понедельник в клубе «Элеватор» выступает группа «Пиксели».
— О-о-о, — простонала Аврора, — «Пиксели»! Хочу, хочу, хочу! У их фронтмена классные татухи! И басист крутой. Говорят, они сменили барабанщика…
— Да-а-а! Дай пять!
Аврора ударила своей ладонью о Тёмкину, лежащую у неё на плече.
— У меня в «Элеваторе» дядя работает. Кому достать парочку проходок?
— «Мне больше не нужны твои нюдсы…», — запела вдруг Аврора.
— «Мне не нужны твои нюдсы…», — подхватил Тёма, встал перед Авророй, и они начали изображать, будто у каждого в руках микрофоны.
— Нюдсы, е-е-е! Нюдсы, о-о-о!
— Кайф, — одобрил Тёма, когда они оба вдоволь напелись. Макс посматривал на эту парочку с лёгкой иронией.
— Ты что? Не знаешь такой песни? — Аврора скривилась. — Ты, небось, такое не слушаешь? Всё сплошь Моцарта и Баха? А что такое нюдсы знаешь? Могу прислать.
— И я, — засмеялся Тёма.
— Да прекратите вы, — захохотал и Макс, — знаю я, что такое нюдсы. Аврора, присылай. Тёма, не вздумай даже!
— Ути-пути, какие мы разборчивые! — кривлялся Тёма. — Так что, брать на вас проходки?
— Я иду, иду! Точно иду! — тараторила Аврора и тормошила Макса, — Ты ведь со мной? Да? Со мной? Ну скажи, что пойдёшь! Там будет слэм[1]! Без футболок! — и она немного приподняла свой и так не слишком длинный топ.
— У меня в понедельник днюха, и я… — Максим собирался продолжить, что собирался праздновать с мамой, но промолчал.
— Значит, замётано! — Тёма расценил паузу по-своему. — Я дарю тебе проходку на днюху, чувак! Мы идём на «Пикселей»! «Во мне прошла главнейшая из революций…», — снова заголосил он.
— «Мне больше не нужны твои нюдсы», — допела вместе с ним Аврора.
— Начинаем разминку, — голос Леонида Викторовича прервал дурашливые песнопения.
Максим решил, что ему хватит четырёх человек. Всё это будет выглядеть странно… Очень странно, но, если получится, можно потом гастролировать с этим номером. А пока цель одна — показать Авроре истинное лицо «размазанного».
В перерыве он подошёл ко всем, кого хотел задействовать в представлении.
— Так, Игорь и Тёма, вы самые высокие, стойте по краям.
— И что мы будем делать дальше?
— Не спешите, всё объясню. Мишаня, ты встань между ними. А ты, Тимур, уйди чуть назад и стой позади всех. Отлично! Теперь каждый слушайте свою роль! Игорь и Тёма, по моей первой команде поднимите вверх одну руку и делайте такие движения, будто рисуете глаз. Когда скажу: рисуем ухо, переставайте рисовать глаз, а другой рукой машите вверх-вниз. Ты, Тёма, левой рукой, у тебя будет левое ухо. А ты, Игорь, правой. Понятно?
Парни кивнули.
— Ты, Мишань, по моей команде подпрыгивай, а следующим движением расставь широко ноги, потом снова сведи их вместе. И опять подпрыгни. Это будут рот и нос! А Тимур просто черти рукой в воздухе большой круг, стараясь захватить всех…
— Они не поместятся…
— Тогда просто черти в воздухе круг…
— А я? Почему ты не дал мне никакого задания? — Аврора не обиделась, но удивилась.
— А ты просто достань телефон и сфоткай…
— Кого-то конкретного? Или всех вместе?
— Если всё получится, ты поймёшь, когда фоткать… А если не получится, то и фоткать ничего не надо…
Максим сосредоточился и мысленно представил, как переносит на сцену портрет «размазанного». Глаза, рот, нос, уши, овал лица…
— Начали. Игорь, Тёма, рисуем глаз… Мишаня, прыжок, ноги врозь, ноги вместе, прыжок… Тимур, чертишь круг…
Парни на сцене стали махать руками, поначалу движения выходили несинхронными, парни сбивались, смеялись друг над другом и начинали сначала.
— Посерьёзнее! — прикрикнул Макс. — Повторяю. Игорь, Тёма, рисуем глаз! Мишаня, прыжок, ноги врозь, ноги вместе, прыжок… Тимур, чертишь круг! Отлично! Продолжаем! Игорь, Тёма, рисуем уши! Так, каждый своё ухо! Тёма — левая рука, Игорь — правая!
Мало-помалу все стали выполнять свои действия синхронно.
— Игорь, Тёма, глаза. Игорь, Тёма, уши, — командовал Макс.
Прошла пара минут.
— Долго ещё прыгать? — спросил Миша.
— Фоткать пора уже? — уточнила Аврора.
Макс грустно смотрел на сцену. Чушь он придумал… Надо было хоть краски какие-то людям дать… Или блёстки… С чего вдруг в воздухе просто так портрет нарисуется… На всякий случай он ещё раз представил снимок «размазанного» без помех и еле слышно пробормотал:
— Пусть парни сумеют нарисовать этого человека. Без красок, — добавил он.
— Всё, хорош, я устал. — Тёма остановился. За ним прекратили движения и остальные.