– При чем здесь Эстебан? - очень натурально удивился Иешуа. - Я кое-что могу и без чужой помощи. Видеть и слышать внешнее наблюдение, например... А Эстебану не помешала бы пара недель в хорошем медицинском заведении - снять стресс от дурацкого и, надо признать, опасного нападения плюс от раны, которую ему сделал ваш бравый Полковник. Вот этому, кстати, надо не стресс снимать, а лечиться всерьез. Он - абсолютный crazy, Гонсалес, он не владеет собой. В один прекрасный день он повернет свой "глок" в вашу сторону - и что будет?
– Что будет? - тупо спросил Гонсалес, а юная Соледад бросила на отца удивленный и, надо отметить, неприязненный взгляд. Это Мари как раз и отметила.
Вечерок получился: все друг друга удивляли без передыху! Впрочем, что тут странного: вечер - это продолжение дня. А день выдался - ну просто день страстных недоумений, если использовать терминологию тех же южноамериканских сериалов.
– Убьет, - кратко пояснил Иешуа. - Как убил бы беднягу Эстебана, если б не я. А вот и не знаю: окажись я рядом - протянул бы ладонь, чтобы защитить вас от пуль?.. И ведь, казалось бы, мне по всем канонам положено предотвращать смерть любого человека - будь он хоть трижды негодяй, ибо как я могу позволить нарушить шестую заповедь, данную Моисею Богом, Отцом моим! Но что-то ломается во мне, сеньоры, что-то неотвратимо и безвозвратно уходит, и сейчас я чувствую: могу, могу... Видимо, я плохой сын своего Отца... Но, думаю, ваш Полковник больше ни в кого не выстрелит, так?
– Да, он будет наказан. - Гонсалес пришел в себя, стал прежним - уверенным и сильным. Да и был он на своей территории, а кто на своей территории сдает позиции? Только слабаки, только ничтожные земляные черви, а Гонсалес не считал себя ни тем, ни другим. И правильно, кстати, делал. - Обед сейчас подадут, Мессия. И прошу вас: оставьте свои обвинения при себе. Вы здесь, вы живы и невредимы, как и все ваши спутники... Да, кстати, а где вы потеряли чернокожего сеньора?
– Сейчас десять вечера? - Иешуа не ждал ответа, внутренние часы в нем легко переходили со среднеевропейского времени на любое иное, в данном случае на медельинское, и шли точно, секунда в секунду. - Включите ти-ви. Может, мы увидим в новостях сюжет о дневных событиях...
Увидели не только сюжет, закоторый колумбийский корреспондент Си-эн-эн извинился: мол, пока только - фрагменты, мол, пленка очень длинна и "заболтана", но она монтируется сейчас в Штатах, в головной студии, и полностью картинка пойдет в эфир в полночь. Но и фрагментов хватило, чтобы понять: Мессия вновь попал в центр внимания всего мира. То ли он сам создавал "горячие точки", то ли чутье его безошибочно приводило в них - еще никакие не горячие, еще даже не видные никому, но вот он там - и мир опять получает подтверждение: лишь Мессии дано спасти его от тех, кто не знает Бога в своей душе...
Все было именно так - высокопарно по текстовым комментариям и тем не менее натуралистично и страшно по картинке. Да еще корреспондент Си-эн-эн раскрутил на интервью своего эфиопского коллегу, которому посчастливилось оказаться с Мессией уже в третьей "горячей точке", и эфиопский коллега не пожалел тоже горячего эфиопского красноречия, всех и вся назвал своими словами.
Очень хорошо прошло интервью под бокал прохладного "Монтес Альфа".
А когда ведущий новостей перешел к первым комментариям, полученным с пылу, Гонсалес спокойно спросил Иешуа:
– Зачем вам все это нужно?
– Что - все? - не понял Иешуа или сделал вид, что не понял.
– Эфиопия, Нью-Йорк, теперь Колумбия... Что дальше?
– Пока не ведаю.
– То-то и оно. Вы явились спасти мир, как сказал ваш чернокожий ученик, а от чего вы хотите его спасти? У вас есть план спасения? У вас есть сроки спасения? У вас есть цель, к которой приведет мир ваше дело спасения?.. Вы тычетесь в больные - да, больные, кто спорил бы! - точки, как слепой кутенок, и не представляете, что нет точек здоровых. Куда ни ткнись - больно... И ладно Эфиопия - там вы действительно помогли, спасли страну от засухи. Или Нью-Йорк детишек вернули папам и мамам. А здесь? Ну показали вы, как растет кока, как делают кокаин, как бездарно пытаются так называемые наркобароны переделать сферы влияния. Так это не вы показали, а моя служба безопасности, которая напичкала камерами все углы фабрики. А вы, вы что сделали?..
Иешуа молча и медленно тянул из хрусталя тягучее чилийское красное.
Мари смотрела на него и ждала: ну Учитель, ну ответь Гонсалесу, разделай.его на рагу, смешай с грязью, которая и есть имя его...
Соледад смотрела на Иешуа с опаской и надеждой, с опаской - потому что страшилась грядущих слов Мессии, которые могут разрушить ее маленький мир, именно ее, про остальной она только читала в книжках из библиотеки отца, и в то же время - с надеждой, потому что тесно и душно было ей в ее маленьком мире.
Отец Педро смотрел на Иешуа и верил: что сделано Мессией, то справедливо. Но что сделано - он не знал и тоже, как и хозяин, хотел узнать.
