Похолодев от ужаса, я весь вжался в каменный пол. Увидел, как солдат, лежавший рядом, испуганно прикрыл руками голову, и без того защищенную шлемом. И в ту же секунду огненный смерч пронёсся над нами, ударил в противоположную стену, растекаясь змеистыми разводами, как будто сказочный дракон дыхнул на нас огнём из своей отверзлой пасти. Какое-то время никто из нас не смел даже пошевелиться, словно боясь нарушить наступившую звенящую тишину. Наконец, преодолев замешательство, я выглянул из-за выступа стены, за которым прятался от пуль. От баррикады остались лишь обгоревшие головешки. Дым и гарь стелились там над полом. Одна из стен зала наполовину обрушилась. В неуверенности остальные оперативники стали подниматься с пола, опасливо переглядываясь между собой и косясь на Ена.
Я тоже посмотрел на него. Казалось, он был потрясён увиденным не меньше остальных. Под ногами на полу хрустело битое стекло и какие-то осколки. Подойдя ближе к остаткам баррикады, я отвернулся – вид почерневших, обугленных трупов вызвал отвращение. Солдаты растерянно жались друг к другу, как будто опасаясь нового неожиданного нападения. Ен послал двоих из них осмотреть соседнее помещение, открывшееся за рухнувшей стеной. Остальные по его приказу направились к выходу.
Мы с Еном остались вдвоём. Какое-то время, не сговариваясь, молча, осматривали обгоревшие останки человеческих тел. Видимо, почувствовав, что я вот-вот не сдержусь, Ен заговорил первым. Мне показалось, что он хочет как-то оправдаться передо мной за этот роковой выстрел.
- Хочешь сказать, что не следовало их так, излучателем?.. Знаю, ты бы так не сделал, - устало вздохнул он и вскинул голову. - Вот поэтому это сделал я!
- Бессмысленная жестокость! - Я сокрушённо покачал головой.
- Жестокость? Максим! А сколько наших они уложили? И ещё бы скольких поубивали бы, если бы не я их? И нас бы с тобой тоже убили!.. Может быть...
- Всё равно, можно было найти другой выход! Обойти как-то это место... Выбить газовыми пулями, в конце концов!
- Газовыми пулями? - Ен нервно усмехнулся. - Да, они нам головы поднять не давали, а ты говоришь газом! И потом, откуда такая мягкотелость и жалость к бандитам?
- И в отношении бандитов нужно соблюдать законность!
- Вот только не нужно сейчас говорить мне про закон! - вспылил Ен. - Когда ты брал Наоку в столице, ты что-то не думал о законности своих действий!
- Я никого не убивал! - упрямо стоял я на своём. - Наока бандит, и он должен понести заслуженное наказание! А если твои законы не согласны с моим мнением, то я докажу всем вам, что такие законы нужно менять! Только дай время.
Ен хотел ещё что-то возразить мне, но в это время появились двое оперативников и доложили, что в соседних с залом помещениях никого нет.
- Хорошо, - буркнул начальник ОЗАР. - Отправляйтесь к машинам! Мы идём следом... Ты со мной?
Ен выжидающе взглянул на меня.
- Идите. Я догоню вас.
Недоуменно пожав плечами, Ен вышел из помещения. Я стянул с головы защитный шлем и прислушался к его удаляющимся шагам. Волосы под шлемом взмокли и прилипли ко лбу, как и куртка под защитным жилетом, пропитанная потом. Только сейчас я почувствовал, как от напряжения дрожат мои колени. В воздухе стоял отвратительный сладковатый запах горелого человеческого мяса. Я огляделся по сторонам. Помещение было старинным. В тех местах, где под ударами пуль штукатурка совсем осыпалась, просматривались какие-то живописные старинные фрески.
- Господин! - окликнул меня чей-то тихий боязливый голос.
От неожиданности я даже вздрогнул. Резко обернулся, вскидывая оружие, но зал по-прежнему казался пустым. Наверное, просто показалось?
- Господин! - снова позвал тот же голос, на этот раз громче и более увереннее.
Я вгляделся в дальний конец зала, лежавший в глубокой тени, и только теперь заметил там, в небольшой квадратной нише щуплую человеческую фигуру.
- Кто здесь?
- Не стреляйте! У меня нет оружия!
Видимо, мой суровый голос ещё больше напугал незнакомца. Чтобы доказать свою безобидность, он поспешно вышел из своего укрытия в полосу света. Я не без интереса осмотрел его с ног до головы. Человек оказался невысокого роста и тщедушного вида, лет пятидесяти на вид, с явными монголоидными чертами лица, сильно выпачканного в копоти.
- Кто вы? - повторил я свой вопрос.
Человек опасливо покосился на пистолет в моих руках и негромко пролепетал:
- Чен Джу...
- Так, замечательно! - усмехнулся я. - И что вы здесь делаете?
- Поверьте, я оказался в этом доме совершенно случайно! Клянусь богами! Я не хотел идти сюда, но мой брат... Это всё он... он заставил меня. Поверьте, я ни в чём не виноват!
- Допустим. Почему же тогда вы следили за мной?
- Я? Я не следил. Что вы? Я просто спрятался, когда началась вся эта стрельба. Я так боюсь, когда вокруг стреляют... Мне страшно умереть... - Чен Джу виновато, как-то уж совсем по-детски, потупил тёмный взор.
- Хорошо, - устало вздохнул я, опуская оружие.
