- Тяжеловато по такой жаре да в горы! - признался он, усаживаясь в тень под крону дерева и ставя в ногах свой заветный чемоданчик. - Климат здесь, конечно, отвратительный! Не располагает к пешим подъёмам на такую высоту. Внизу, на равнине хотя бы воздух был сухой. А здесь такая влажность, что дышать просто невозможно при таких физических нагрузках! На мне одежду можно смело выжимать!
- Это от того, что сейчас дождливый сезон, да и океан близко. На этой высоте в горах почти субтропики. Ничего. Наверху полегче будет и значительно прохладнее. Осталось совсем немного – семьсот метров до вершины. Потерпите.
Я подбадривающее улыбнулся ему и посмотрел на нашего гостя из «Прибрежной республики».
- Ну, а вы как, капитан? Держитесь?
- Я в полном порядке! - заверил Сайго, склоняясь вперёд, опирасяь руками о колени и переводя дух.
- Тяжело она даётся – борьба за справедливость, за народ? - беззлобно усмехнулся Гвоздь, глядя на молодого дружинника сквозь весёлый прищур припухших от недосыпания век.
- Борьба никогда не бывает лёгкой, - серьёзно ответил тот, усаживаясь на примятую траву и заботливо обнимая свой автомат. - Но трудности закаляют настоящих бойцов!
- А ты настоящий боец, капитан? - спросил Стоян, с интересом поглядывая на него.
- Думаю, да, - уверенно мотнул головой Сайго Райтаро. - Жаль, что не многие, как я, готовы мириться с трудностями и лишениями ради борьбы за счастье народа.
- Ну, это ты брось! - отмахнулся Гвоздь. - Дай людям оружие, да растолкуй хорошенько, что к чему, любой пойдёт воевать за счастье для своих детей! Вот, к примеру, возьми нас! А, Стоян? Я прав?
Гвоздь посмотрел на своего товарища.
- Верно, говоришь! Самую суть! - согласно кивнул тот.
- К сожалению, это не так, - устало покачал головой Сайго Райтаро. - Даже если вы вооружите большую часть населения Гивеи, не все смогут воевать. Это же очевидно! Я думаю, что люди не хотят присоединяться к вам, потому что знают, что могут умереть, - убеждённо сказал он.
- Это понятно. Умирать никому не охота, - хмуро согласился Стоян. - Кто-то считает, что можно вернуться домой и спокойно доживать свои дни. Кому-то этого достаточно – поесть, поспать, девок потискать. Но кто-то же должен воевать за будущее, тресни моя макушка! Ты-то сам чего взялся за оружие? Смерти, не боишься что ли? Храбрый такой?
Старатель насмешливо посмотрел на молодого дружинника.
- Да нет, я не герой. Но я и не глупец, - пожал плечами юноша. - Я с детства работал и уже тогда хотел изменить этот мир, положить конец несправедливости. А когда вырос, то понял, что нужно браться за оружие, потому что никто не поможет нам, кроме нас самих.
- Про боязнь смерти это вы правильно заметили, Сайго, - сказал я, наблюдая за их разговором. - Многие люди в этом мире готовы страдать вечно, терпеливо снося беды и несчастья, чтобы не страдать один единственный раз, как страдает мужественный и решительный герой, который готов отдать свою жизнь ради избавления других от слепоты перед действительностью.
- Как вы хорошо и правильно сказали! - воскликнул молодой человек, и глаза его загорелись взволнованной радостью. - В саму точку! Эх! Жаль, что не все это понимают!
- А чем ты по жизни занимался? - спросил у него Гвоздь. - Ну, до того, как стал таким идейным?
- Я учился, но школу так и не закончил, - охотно начал рассказывать Сайго Райтаро. - После трудился на земле, ещё развозил молоко. Потом работал механиком два или три года... А ещё я подрабатывал волшебником в цирке, - скромно добавил он.
- В цирке? Волшебником? - недоверчиво покосился на него Стоян. - Сколько ж тебе лет будет?
- Двадцать, - смело ответил Сайго.
- Ну, ты парень даёшь! - рассмеялся старатель. - Волшебник!
- А сам-то ты откуда будешь? - поинтересовался Гвоздь.
- Моя мать отсюда, с юга. А отец приехал с Северного материка. Когда он встретил маму, то жил на ферме землевладельца Чжан Фэя. Тот дал ему землю, чтобы родители выращивали на ней юми. Они должны были обрабатывать землю, сажать семена и отдавать Чжан Фэю треть своего урожая. Однажды Чжан Фэй решил выгнать нас со своей земли. Когда отец узнал об этом, он пришёл к нему и сказал: «Я уйду, если ты хочешь. Но ты должен заплатить мне за четыре года, когда я работал на тебя». И знаете, сколько Чжан Фэй заплатил отцу за четыре года работы? Сто биджей! Мой старик получил сто биджей за четыре года!
Сайго Райтаро оглядел присутствующих и горько усмехнулся.
- Да, твой отец получил сущие гроши за свою работу, - понимающе закивал Гвоздь.
- Что ж, таковы были правила – кто хозяин, тот и назначает цену, - философски заметил Стоян. - Правила всегда устанавливают те, у кого есть деньги или власть. А ты вынужден подчиняться им или умирать с голода и в нищете.
- Правила нужно создавать самим, а не подчиняться чужим правилам, - уверенно сказал я. - Если необходимо, то нужно воевать за свои законные права с оружием в руках.
- Разве мы можем спасти весь мир? - засомневался Гвоздь. - Мне думается, Камал, ты замахиваешься на слишком многое.
